— Вот! — вскинул палец к потолку раббат, — цените щедрость Святости.
— Вот я и подумала, зачем вам рано утром шагать через весь город сюда, в замок, чтобы только позавтракать? Так и околеть недолго. Лучше каждое утро я буду отправлять к вам слугу с горячими медовыми булками и взваром, чтобы вы были хотя бы так ближе к родной Болтонской Святости, — «щедрость» моя не знала границ и тут же была «оценена» раббатом.
— Н-но, спасибо на добром слове, — растерялся святоша, — я думал, мне здесь выделят опочивальню.
— А разве раббатам не положено жить в Святости? Там, где вас легко найти тем, кому так нужна поддержка Всевышнего? — в разговор вступил лорд Кенсингтон, задумчиво глядя на покрасневшего священника.
— Положено. Вот только там уж больно холодно, почему-то дров в Святости почти не осталось.
— Раббат Сатос всё отдал горожанам, — пояснил сэр Имарк. — Чем спас несколько семей от окоченения.
Норадис открыл было рот, чтобы возмутиться таким опрометчивым поступком предыдущего святого отца, но вовремя одумался и вместо слов, присосался к своей кружке.
Я внимательно посмотрела на Грету, недавно вошедшую в залу. Она замерла чуть в отдалении, готовая услужить, поймав мой взгляд, экономка тут же всё поняла и медленно прикрыла веки. По возвращении в замок у меня не было времени даже словом с ней перекинуться, пришлось уделить внимание Ховарду и делам хозяйственным. А ещё поговорить с Лиамом касательно местной религии.
Король и Святость не враждовали, по крайней мере, открыто. Но подковёрная борьба между ними продолжается вот уже много веков. Маги были третьей силой. Церковь мечтала захватить власть их руками, а Его Величеству требовалось эту самую власть удержать, и помощниками в этом непростом деле выступали снова чародеи.
— Получается, король и Святость находятся в постоянном противостоянии, при встрече улыбаются, в тени сражаются за души и умы людей. А разве король не берёт взаймы у вечно богатой Святости?
— И такое было, — криво усмехнулся Лиам. — Но сейчас Его Величества предпочитают занимать на стороне, ибо обходится дешевле. Цена святош — инициированные маги, дают золото, взамен просят молодых чародеев.
— Ого.
— Да, вот так.
— А что думают сами люди?
— Для леди вашего возраста вы часто задаёте неудобные вопросы, — усмехнулся мужчина, рассматривая меня, как диковинную букашку.
Я лишь требовательно вскинула одну бровь.
— Люди просто пытаются выжить. Особенно последние пару лет. Странные неурожаи, затем страшный мор. И война с Нарголой. Одни ходят в храмы Святости, возносят молитвы Всевышнему, другие мечтают поймать фею, чтобы та спасла их от голодной смерти, третьи служат королю, в надежде, что верный меч принесёт им славу и богатство. Кто-то просто плывёт по течению, а кто-то ищет возможности, надеясь лишь на себя. Есть и такие, готовые заложить души Бездне… Но, так или иначе, большинство верит во Всевышнего, только у каждого он свой.