— Поубиваю нахрен… — Прошипела одними лишь губами чародейка.

— Дойти сначала надо. Шагом марш! — Вскинулся я и пошел в сторону дома, прокручивая в голове одну скользкую, мерзкую мысль.

Каждый раз, стоит мне отлучиться, происходит какой-то непредвиденный северный пушной зверек. Каждый раз…

Здраво рассудив, я не стал использовать ускорение. Что толку, что я появлюсь раньше Вари? Мертвым не помочь, да и одну волшебницу оставлять в лесах опасно, кабы чего не вышло. Просто будем решать проблемы по мере их поступления. Пока что нам нужно добраться до форта в относительно вменяемом состоянии. Да, без сна, но это лучше, чем загнанными от забега.

Следующие несколько часов слились в сплошную, монотонную ленту. Преодолев степи, мы коснулись хвойных лесов, а после полудня, когда солнце выглянуло и стало греть вездесущую влагу, и от духоты можно было вешаться, мы спрятались под раскидистыми кронами смешанного леса.

Шли фактически без остановок и не переговариваясь. Гонять из пустого в порожнее бессмысленно, только дыхалку собьем, а так, сконцентрировавшись на задаче, двигаемся уверенно и неумолимо сокращаем дистанцию. К ночи доберемся.

Солнце склонилось к закату после семи. Точно, осень. Лес окрасился в непроглядные, чернильные тона стремительно и безапелляционно, заставив нас вынуть масляные лампы. Но и не только это — где-то впереди, прорываясь сквозь шум шуршащих крон, доносился мерный рокот воды.

— Привал. — Тяжело выдохнул я, останавливаясь у поймы реки и прислонившись спиной к мокрому стволу вековой сосны.

— Как ты можешь, Марк⁈ — Начала было Варя, тяжело дыша.

— Что могу? Остановиться передохнуть? — Скосил я на чародейку взгляд.

— Да! Там… короче, не вариант отдыхать, понимаешь?

— Можем и должны. До дома еще часов пять-шесть хода, а ты еле ноги волочишь. — Констатировал я, и Варя было раскрыла рот, чтобы запротестовать, но я заткнул ее, перебив. — Одну я тебя не оставлю, ты тут точно где-нибудь себе шею свернешь в лучшем случае, а там и без нас о раненых позаботятся. Ясно?

— Но как же…

— Да итить тебя, вот так! — Отстегнул я ремни с доспеха. — Полчаса передышка. Умойся пойди, без слез не взглянешь.

Варя не была виновата в моем скверном настроении, но своим упертым желанием во что бы то ни стало угробиться об лес и стоптать ноги изрядно подбешивала. Отчасти я ее понимал — действительно, в критической ситуации сидеть и «отдыхать» бывает очень сложно, особенно когда такая неопределенность, заставляющая ерзать, как на иголках. Но волноваться о том, что нам неподвластно, бессмысленно. Не помню кто сказал.