— Вижу бога Хедина, — закончил брат Хардри.

Выдохнул.

— Престол зовёт меня… и я ныне — часть Его…

Выдохнул вновь и — отошёл. Ноги подкосились, жрец обмяк, половинчики удержали тело кое-как, осторожно опустив на пол.

Айвли с кривой усмешкой встряхнула ладонями, словно уставшая пряха.

А лекарь Фиделис вдруг шагнул к оружейнице, размахнулся и со всей силы влепил ей звонкую пощёчину.

Альвийка дёрнулась, пошатнулась, однако тотчас же выпрямилась.

— Бей ещё, если хочешь. Знаю, заслужила. Зато… зато я нашла нам бога Хедина. Осталось лишь вернуть его домой.

— Что ты говоришь?! — так и вскинулись оба невысоклика.

— Я. Его. Нашла, — глаза Айвли, широко раскрытые, смотрели прямо перед ней, но, похоже, видели совершенно не то, что взоры остальных её спутников.

— Где? Как?..

— Брат Хардри. Он верил, он звал, он… — слова пресеклись рыданиями, однако оружейница не дала себе расплакаться. — Наш бог Хедин прошёл волосяным мостом и достиг Престола Сил.

— П-престола? — пролепетал Робин.

— Или, как его называют, Творца, — еле слышно прошептала альвийка.

— Э-это же абстракция… символ… условность… — Робин изо всех сил пытался защищаться. — Все ученики Аэтероса ведают, что, сотворив Упорядоченное в единой вспышке, Творец не…

— Творец никуда не делся, — лицо Айвли смертельно бледно, глаза ввалились, словно она недели две не имела во рту и макового зерна. — Он был здесь, всегда, во всём… а теперь, когда пришла пора, и двинулся лёд… и сущее становится тем, что было… Ему, Творцу, пришла пора.

Её трясло. Взгляд сделался совершенно безумен.

— Брат Хардри дошёл. Достиг цели жизни — узрел Престол и узрел нашего бога Хедина. Его надо вернуть теперь сюда, домой…

Лекарь Фиделис мягко шагнул к ней, коснулся ладонью лба.

— Горит.

Половинчики переглянулись и, видимо, решили действовать.

— Клади её. Роб, у тебя в сумке настойка должны быть…

— Не надо, — спокойно остановил их лекарь. — Лучше поможем ей. Она видит сейчас бога Хедина, и это…

— Убивает её, — закончил Фредегар. — Дело знакомое. Рисуй фигуру, Роб! А мы с сударем лекарем держать станем.

Фигуру Робин набрасывал умело и быстро, широкими привычными движениями; контуры её засветились, как и положено — как раз в тот миг, когда колени оружейницы подогнулись и она начала оседать.

— Скорее, — Фиделис подхватил её на руки.

— У нас всё готово, — Роб смахнул пот, курчавые волосы все слиплись.

— Перебрасывай! — Фредегар сложил пальцы сложным жестом, словно выхватывая невидимое прямо из воздуха; сияние поднялось над звездой, свиваясь спиралью, повинуясь движениям половинчика, окутало альвийку с головы до пят.