И время, да. Здесь не было времени.

Валькирия повернулась к стоявшему рядом воину — могучему минотавру с бычьей головой, парой рогов и мускулистым торсом, раза в два шире обычного человеческого.

— Кто ты? Как звать тебя?

— Барх, госпожа, — с готовностью отозвался минотавр низким рокочущим басом.

— Почему ты зовёшь меня госпожой? — удивилась Райна.

— Ты и сёстры твои несутся в небесах на крылатых конях, — минотавр глядел на неё с глубоким почтением. — В глазах твоих отблеск вечного неба и тех чертогов, куда вы уносите павших героев. — Он склонил рогатую голову.

— Благодарю тебя, — только и смогла вымолвить валькирия. — Но… разве ты из мира, под названием Хьёрвард?..

— Нет, досточтимая. Мой мир далёк, однако и там знают твоих сестёр, небесных воительниц.

— Почему же ты понимаешь мою речь, хотя я говорю на языке моего отца, Древнего бога?..

— Нет, госпожа, — почтительно возразил минотавр, — это ты оказываешь мне честь, обратившись понятными словами, наречием моего родного мира.

Райна только покачала головой.

Минотавр знал, кто она такая. Знал, что она — валькирия и долг её — провожать павших в Валгаллу. Как? Откуда?

Всё поистине смешивается на этом поле в день последней битвы, подумала она. Миры и времена. Предания и правда.

— Райна, — не чинясь, протянула она руку минотавру; тот со внезапной ловкостью опустился на одно колено, низко склонил рогатую голову, осторожно коснулся губами её боевой рукавицы.

— Счастлив биться рядом с тобой, небесная всадница.

Товарищи Барха, прислушивавшиеся к их разговору, один за другим тоже стали опускаться на одно колено.

— Веди нас в бой, звездноокая! — прогудел кто-то столь же низким басом, что и у Барха.

— Веди! Веди! — подхватили и остальные.

Легко сказать — «веди». Но против кого? И за что?..

«Осталось немного », сухо сказал Орёл в её сознании. «Время должно быть выбрано с величайшей точностью. Ни мгновением раньше и ни мгновением позже ».

— Но с кем мы должны биться?! — не выдержала воительница.

Ответа не последовало. Великий Дух сам выбирал, когда говорить и когда молчать. Приличия, равно как и вежливость, его не волновали.

Райна глянула вправо, влево — совсем недалеко от неё, шагах в пяти перед строем щитоносцев-людей застыл стройный воин в сияющей броне, с вычеканенном на груди царственным змеем — василиском.

Она видела его совсем недавно, точно — видела, но где? И почему не могла вспомнить точно? Уж на что-на что, а на память валькирия не жаловалась.

По другую сторону, и тоже на несколько шагов перед другими, стоял коренастый гном, опираясь на устрашающего вида бомбарду, сияющую начищенной бронзой.