И одна изЛетучих Ведьм прорвалась очень глубоко в тыл противоположной стороны.

Она стояла на границе, держа под ударом и устроенных за баррикадами стрелков, и орду крылатых созданий, потому что у неё уже три хода копилась сила на отличное заклятие Воздушной Сети; Познавший Тьму задумался, ибо получилось так поистине случайно — он не поддавался, хотя и играл сам с собой, не отдавал победу заранее «алым» или «белым». Он сделал, что мог, чтобы отразить угрозу, что создал себе сам; направил кЛетучей Ведьме кентавров, группа огров и троллей-чародеев, напротив, не двигалась, собирая силы для контрзаклинания; однако тутВедьме выпало Превращение.

Это случается редко, но всё-же случается.

И у него, Познавшего Тьму, игравшего в уюте и покое собственного дома, возведённого для него подмастерьями (дворцом Ямерта он не пользовался), вдруг мороз прошёл по коже.

За рядами воинства «белых» стоял в одиночествеМаг Пространств , как странно именовалась эта фигурка. Могущественный, но только пока не движется; а чтобы сразитьЛетучую Ведьму алых, ему требовалось сделать ход. А как только он сделает — окажется под боемРоя Скорпидов , существ слабых, только и годных, что на один удар; это не поражение, само собой,Ведьма грозила белым большими неприятностями, но…

Но отчего-то Познавший Тьму не мог ни двинуть своегоМага , ни начать преображение в иную фигуру той жеВедьмы. Не мог, и всё тут. Казалось, тронь любую из фигурок, и весь мир игрового поля — ненастоящий, но всё-таки мир! — рассыплется, исчезнет, а вместе с ним — и всё остальное, мир вокруг.

Познавший Тьму долго смотрел наМага иВедьму . Маг являл собой седобородого старца с вычурным посохом; ведьма, несмотря на простоту резьбы, застыла в соблазнительной позе.

Новый Бог поколебался ещё немного, а потом решительно взял обе тавлеи, снял с поля, поставил рядышком на полке у рабочего стола — так, чтобы смотрели сквозь окно на красоту садов Обетованного.

И никогда больше этим набором не играл.

И сейчас, в небытии Не-Сущего, он словно вновь ставил рядом эти две фигурки.Маг Пространств иЛетучая Ведьма. Всегда вместе, всегда в противоборстве.

Вот оно, Упорядоченное. Неразличимый атом, исчезающе малая капля — кокон Сигрлинн — сливается с ним, поглощается, растворяется; возвращается домой.

Домой. Сквозь грань, путь через которую для него самого заказан.

Он пытался рассмотреть, что происходит с чародейкой после того, как её раковина распалась, вновь сделавшись частью барьеров Сущего; но нет, так далеко его взор не проникал.

И вообще, в Упорядоченном он видел теперь совсем не так, как прежде — словно через мутное и пыльное стекло.