Перед глазами — или что там у бестелесной души? — Матфея Исидорти всё поплыло. Вытянут обратно… вернут к жизни… спасут?!

— Рано радуешься, — хозяин глядел прямо и неласково. — Не слыхал, что только что сказано было? Тянет тебя твоя краля, а того не знает, что нет из смерти простому человеку пути. Древнему богу — есть, а вот смертному, раз сюда вошедшему… тоже есть, но совсем не те, что Царице ведомы. И потому, Матфей Исидорти, если и вытянет она тебя — превеликой ценой, Магией Крови. И явишься ты, Матфей Исидорти, на отпущенное тебе второе время не тем, кем мать тебя родила или Царица тебя запомнила — а упырём. Вампиром, кровососом, тварью злобной и ненасытной.

— Вампиром?

Какая разница, кем, я буду жить, жить, жить!..

Скрипнула столешница, хозяин тяжело оперся о неё, сжав пудовые кулачищи.

— Что, Матфей, засверкали глазки-то? Обратно захотелось, верно? Так не бывает. И не в тебе дело, а в тех, кого загрызть успеешь, кого замучаешь — а ты замучаешь, я знаю, коль выберешься отсюда. Поэтому, мил человек, я с тобой и речи эти веду. Нельзя тебе назад.

Наступило молчание. Матфей не знал, что ответить — а Трактирщик, казалось, как раз некоего ответа от него и ждал, терпеливо, никуда не торопясь.

— Так… хозяин… что ж делать-то мне?..

— Что ж делать? А вот послушай, и поймёшь тогда. Очутился ты, парень, в серых пределах, во владениях Соборного Духа, великого Демогоргона. Растёт здесь Мировое Древо, истинное, настоящее — а всякие там иггдрасили есть лишь неверные его отражения. В серых пределах обитает великое множество существ, ибо Мировое Древо — место, где проходят преображение души. Но — есть здесь и демоны. Когда-то они были нерассуждающими слугами, присматривавшими за Древом; но время шло, и демоны становились… демонами. Тебе это хорошо известно. Сейчас, когда мир меняется, за ними надо… присматривать. Дыр в стенах, что ограждали некогда серые пределы, слишком много. И тебе, дружище Матфей, коль не сгодишься ни для чего иного — предстоит это непокорное стадо пасти. Оно не должно помешать.

— Че-чему помешать? — только и смог выдавить Матфей.

— Исполнению главного, — внушительно сказал Трактирщик. — Но это — не твоего ума дело, да и не моего, кстати. Нам надо порядок тут сохранить, а для этого… — он вдруг нагнулся вперёд, сильные пальцы ухватили Матфея за отвороты, притянули, — а для этого ты сюда приведешь девку свою. Коль сумеешь — то, глядишь, и иное дело тебе сыщем, позабавнее.

Матфей дёрнулся — но здесь, словно он вновь оказался в реальности, живым, из плоти и крови — руки Трактирщика держали его намертво.