Но не добился. Потому как призвало его к себе Запределье, и не смог он пересилить этот нестерпимый зов. Подозреваю, давно он с ним боролся, а в какой-то момент бороться перестал. Желание познать то, что же на самом деле находится там, за пределами «тайной тропы», пересилило в нем всякую осторожность.
Мы с ним направлялись на греческий остров Корфу, что находится в Ионическом море. У нас было поручение к тамошним магистрам, а общий цвет магии позволял использовать «тайные тропы» для скорейшего перемещения. Суть этого поручения не имеет ни малейшего отношения к моему рассказу, да и не припомню я ее уже в точности, настолько неважной она была.
Мы с Курагиным и прошли-то по «тропе» всего пару десятков шагов. Он шел спереди, а я чуть позади. И вдруг он остановился, обернулся ко мне и сказал:
— Я сейчас уйду, а ты, Алешка, не задерживайся долго, а не то сгинешь тут вместе со мной.
Я и не понял сперва, о чем он вообще. Хохотнул даже.
— Куда ж ты уйдешь-то, Иван Трофимович? Мы ж на тропе!
А вот отвечать мне Курагин уже не стал. Вместо того он раскинул руки в стороны, как Иисус распятый, и с блаженной улыбкой пластом упал спиной вперед с «тайной тропы», как падают мальчишки в теплую воду в погожий день.
Тьма не сразу поглотила его. Некоторое время он просто парил в полнейшей пустоте в паре шагов от тропы, глядя на меня оттуда все с той же блаженной улыбкой. А потом погрузился в нее, растаял в ней полностью. Его бледное лицо было видно дольше всего, но потом и оно исчезло во тьме.
И больше никто и никогда про Ивана Курагина не слышал…
Глава 15 Мужское уважение и новая фрейлина императрицы
Выход с тропы в этот раз не открывался долго, я уже и беспокоиться начал, не перепутал ли Федька чего в своих заклинаниях. Мы все шли, и шли, и шли, а тьма вокруг нас никак не прояснялась, и даже золотистый свет от тропы, довольно ярко освещающий тех, кто на ней находился, не мог эту тьму разбавить.
Но потом впереди что-то отчетливо щелкнуло, и прямо перед нами словно ворота распахнули — то открылся, наконец, проход в наш мир. Видна стала зеленая трава по колено, кое-где пестрели цветы, а яркий солнечный свет заставил меня даже прищуриться, хотя вовнутрь прохода он так и не попал. Тьма как была тьмой, так ей и осталась, и солнце было здесь не властно.
Едва выход открылся, мы ускорили шаг, а последние сажени уже почти бежали — так нам хотелось выбраться из этого царства тьмы. Причем, делали мы все это не сговариваясь, без чьей-либо команды, просто потому, что не могли далее здесь находиться.
Да, я довольно часто пользовался услугами «тропунов» и их «тайными тропами», но никакого «зова Запределья» при этом пока не ощущал. Должно быть, для этого требовалось нечто большее, чем простое прохождение из одной точки в другую. Необходимо было стремление понять Запределье, проникнуться его тайной, почувствовать жажду познать его.