Я подумал, что демон Лафудр озадачился тем же самым вопросом, когда увидел Катерину. Но сказать по этому поводу я ничего не успел, потому что в этот момент послышались звонкие шаги. В конце огромной залы появилось большое световое пятно и вскоре к нам подошла графиня Румянцева, сопровождаемая все тем же дворецким, заботливо освещающим ей дорогу. Пышное платье на графине было траурного черного цвета.
Я немедленно встал с кресла. Катерина, подумав мгновение, тоже. Подойдя к свободному креслу, графиня остановилась, дождалась пока дворецкий придвинет кресло к ее ногам, а затем опустилась на сидение, любезно придерживаемая дворецким под руку. Воздух от ее всколыхнувшихся юбок так и разлетелся по зале.
— Рада вас видеть, Алексей Федорович, — сказала графиня.
Обратившись ко мне по имени-отчеству она как бы подчеркнула свое расположение. А ведь могла и просто назвать «камер-юнкер», или же и того пуще — «господин сыщик». А значит, никаких негативных ощущений наша предыдущая с ней встреча у нее не оставила.
— И это взаимно, Вера Павловна, — вежливо отозвался я, слегка поклонившись. Указал на Катерину. — С моей кузиной Катериной Романовой вы уже знакомы. Известные вам события вызывают у нее вполне понятные опасения, и она не решилась остаться в доме в отсутствие там мужчин. Поэтому я взял на себя смелость пригласить ее с собой на нашу встречу.
Катерина почему-то хмыкнула. Но графиня этого не заметила, или же сдала вид, что не заметила, и просто указала на кресла.
— Вы можете сесть. Должна сказать, я рада, что вы не стали дожидаться утра для этого визита, и прибыли в мой дом сразу же по возвращении из отпуска. Потому что то, что я собираюсь вам сказать, представляет собой государственную тайну…
Глава 4 Знатные дамы в интересном положении
Следуя дозволению графини, мы с Катериной вновь сели на свои места. Дворецкий немедленно отошел на почтительное расстояние и принялся зажигать новые свечи. В зале постепенно становилось все светлее.
— Я вижу, вы не держите секретов от своей кузины, — заметила графиня, и я заметил слабую улыбку, мелькнувшую у нее на устах.
Впрочем, она тут же ее спрятала, и я понял, что Вера Павловна не желает навлекать на себя недовольства Катерины. Вероятно, в другое время она с наслаждением вступила бы с ней в искрометную перепалку по поводу наплыва в Санкт-Петербург различных фальшивых «кузин», «племянниц» и тому подобных девиц из провинции, но сейчас ее явно занимал совсем другой вопрос.
— Что ж, тем лучше, — сказала Румянцева, поняв, что Катерина не собирается каким-то образом язвить по поводу ее замечания. — Я просто хочу избавиться от этой тайны, а уж что с ней делать дальше — это я отдаю целиком на ваше усмотрение, Алексей Федорович.