— А ну не двигайся…
Глава 22 Бесплотная стража в благоухающем саду и кое-что о кометах
Я сразу узнал этот голос. И потому очень медленно развел руки в стороны, показывая, что в них ничего нет.
— Не двигаюсь, не двигаюсь, — сказал я, не оборачиваясь. — Пожалуйста, не убивай меня, отважный рыцарь, я тебе еще пригожусь.
И сразу же нырнул под стол, прямо в скопление вишневых косточек. Перекатился, выскочил с противоположной стороны и выхватил шпагу.
— Ах ты, подлый предатель! — воскликнула Санечка, запрыгнула на стол и нанесла рубящий удар, насколько ей позволила не особо высокая крыша беседки.
Я легко отбил этот удар и показал ей язык.
— Промазала. И чему тебя только Гаврила учил!
— Ах, так⁈ А вот так!
Санечка попыталась уколоть меня, но я одним движением выбил у нее шпагу. Потом сунул в ножны свою и учтиво протянул вперед руку. Санечка приняла ее и мягко соскочила со стола на пол, доски под ней визгливо скрипнули.
Мы рассмеялись, и Санечка наконец облапала меня своими тонкими, но удивительно крепкими ручонками. Одета она была в мою старую одежду, в какой когда-то я, четырнадцатилетний, отправился искать счастья в столицу.
Я нежно расцеловал ее в румяные щечки.
— Алешенька, — сказала она, утираясь, — а чего это ты так скоро вернулся из своего Петербурга? Маменька говорила, что раньше следующего лета тебя ждать и не стоит. Что ты там сейчас какой-то большой человек и преступления всяческие расследуешь.
— Дела служебные заставили меня вернуться, Саня, — отвечал я. — Но, к сожалению, ненадолго, и скоро я вновь вас оставлю. Ты уже была в доме?
— Нет пока. А что?
— Гости у нас нынче, Сань. Лизавета к тебе в комнату перебралась, так что делить ее будете, покуда все не разъедутся.
Санечка надула губки.
— С Лизкой? Не хочу с Лизкой! Можно лучше с Олькой? Она мне книжки на ночь читать будет.
Я с легким недоумением пожал плечами.
— Так ты Лизавету попроси, пусть она тебе почитает. А то и сама книгу в руки возьми, не маленькая чай уже.
Санечка подобрала с пола свою шпагу и спрятала ее в ножны. Потянувшись через перила беседки, сорвала с ветки спелую вишню, протерла ее пальцами и забросила в рот.
— Не станет Лизка мне читать, — сообщила Санечка. — У нее свои дела. Все письма кому-то пишет до полночи, а вчера вообще на ночь глядя куда-то из дома убежала.
— Лизавета? Ушла из дома на ночь глядя? — не поверил я. — С чего ты это взяла?
— Сама в окошко видела, как она из дома вышла. Прошла вдоль дома, за угол свернула и пропала. А уж когда вернулась, так я и не знаю. Я у окна просидела, пока часы в гостиной двенадцать раз не пробили, а потом и уснула. Но Лизка к тому времени еще не воротилась.