Катрин сумрачно посмотрела на свой почетный конвой:

— Кого ждем? Работать надо. Время течет сквозь пальцы подобно дурному холодцу.

Мучимая видением большого такого куска холодца с горчичкой, новоявленная чиновница двинулась творить прогресс.

Комнатка чуть привольней двуспальной могилки. В окошко лишь ладонь пролезет, — можно прощально помахать свободе. Столик, свеча, бумага. Койка уже знакомых по гостинице стандартов. Похоже, они здесь заодно и мебельную фабрику открыли. Самым примечательным предметом в кабинете была чернильница. Внушительных таких размеров сосуд, можно вместо ночной вазы использовать. Попросить сразу запасную, что ли?

Шпионке здесь не нравилось. Абсолютно. Чушь какая-то. Свихнувшийся миссионер-прогрессор. Как только его на Базе проверяли? Теперь вот развлекается, мессия.

Утешало наличие обоих ножей. Божий избранник, вероятно, счел подобные мелочи несущественными. А зря, мог бы уже сейчас духом, отделенным от плоти, воспарить.

Катрин ненавидела сидеть взаперти. Нащупала нож в рукаве, для пробы пнула дверь. Та с легкостью распахнулась. Охрана мечи не выхватила, только выжидательно подтянулась. Вышколенные парни, даже не садятся. Правда, и присесть в пустом узком коридоре не на что.

— Удобства здесь где? — строго спросила Катрин.

Воины смотрели непонимающе.

— От греха чревоугодия где очиститься можно? — еще строже осведомилась девушка.

— Молельня рядом с караулкой, — ляпнул один.

Второй оказался догадливее:

— В конце коридора, вниз и направо.

Катрин многозначительно подняла палец и сказала первому дураку:

— Моя молитва в трудах моих. И дело мое сугубо важно, посему не сметь мешать воле светлейшей непостижимой.

Уйти можно. Удастся ли уйти далеко — вопрос. Впрочем, сей вопрос возникал так регулярно, что девушка уже свыклась. Но вот что будет с Ингерн и мужчинами? Беднягам сейчас еще неуютней, чем Катрин. Придется потерпеть и им, и вам, милостивая леди.

Катрин уселась на неудобный стул и притянула к себе стопку не слишком ровно нарезанной бумаги. А не поработать ли нам с документами?

Работалось хорошо, Катрин даже удивилась. Стоило приноровиться к неудобному брызгающему перу, и строчки принялись сами собой ложиться на желтоватую бумагу. Краткое студенческо-педогагическое прошлое всплыло в один миг. Удивительно, какая галиматья умудряется застрять в башке. Шпионка увлеченно пачкала листы. О логике и оригинальности проектов заботиться не приходилось. Главное — объем. Катрин накарябала несколько схем. Пусть удавится, теоретик висельного прогресса. Девушка отвлеклась только на принесенный ужин. Да и что там было? Символическая горстка фасоли.