Маэл заорал на своего жеребца. Отряд ускорил ход. Преследователи своих лошадей не жалели. Таких мук заслуживал лишь сам Наместник. «По гроб жизни придется на Лигу защиты животных работать», — Катрин и не подозревала, что еще способна ухмыляться этому дерьму, в которое превратилась жизнь.

Судя по всему, преследователи не успевали, их уже заметили, беглецы бросили заводных лошадей и свернули напрямую к броду.

Да плевать! Вот они — рядом! От злости полегчало. Шпионка осознала, что пройдет эти реки и горы насквозь, но душу из жженого богостроителя вынет.

Но лучше закончить сейчас. Прямо сейчас! Только бы усидеть в седле…

Лошадь, скакавшая сразу за жеребцом сотника, оступилась. Арбалетчик, едва успев вырвать ноги из стремян, покатился по траве — его лошадь кувыркнулась через голову. Обезумевшая кобыла шпионки чудом успела перепрыгнуть упавших…

Отставание сократилось. Катрин видела стелящийся по ветру черный плащ Наместника. Его прикрывали двое телохранителей со щитами. Третий оглядывался, держа повод белой кобылы с легкой фигуркой, бесчувственно болтающейся в седле. Да, леди Гиата. Вдруг Наместник перехватил у телохранителя повод, и тут же трое воинов начали разворачивать коней навстречу погоне…

В свисте ветра Катрин не расслышала, что именно закричал лорд Маэл, да это было и неважно. Сзади спрыгнули-свалились оставшиеся в отряде арбалетчики. Щелчков шпионка не слышала, но один из людей Светлого сразу запрокинулся в седле. Двое других кинулись на налетавшего Маэла…

Извини, лорд. Тебе помогут. Катрин пролетела мимо рубящихся. Сзади на помощь командиру пришел последний мечник отряда. К схватке приближались коноводы… Звон клинков сгинул за спиной…

Впереди были две лошади и черный, бьющийся на ветру плащ. Катрин терзала свою кобылу — с удил летели хлопья окровавленной пены. Но выжать большее из несчастного животного было невозможно. Расстояние почти прекратило сокращаться. Река рядом… Краем взгляда Катрин уловила движение на том берегу. Но это еще далеко — шагов двести. Ну! Кобыла отыграла еще немного — кони неслись по кромке берега, по самому краю песчаного откоса. Проглянувшее сквозь тучи солнце сверкало бликами по быстрой ряби воды. Ага, с того берега стреляли, — мелькнуло над головой. Отличные лучники у дикарей. Катрин пригнулась к самой лошадиной гриве. Не попадут. Только не сейчас…

Брод…

Спускаясь с песчаного откоса, лошадь с легенькой Гиатой на спине, дернула повод, едва не вывихнув руку первосвященника. Мужчину неловко развернуло в седле, конь возмущенно заржал, копыта увязли, поехали вниз вместе с пластом рыхлого песка. Конь лег на бок, и Наместник, словно заранее готовый к такому повороту событий, высвободил ноги из стремян и, не оглядываясь, побежал к воде. Съехавшие ножны меча нелепо колотили его между ног…