«Вполне возможно и такое, через день-два по нашим следам может начаться серьезная погоня. Поэтому нам бы нужно ехать быстрее, а не зависать в каждом похожем месте», — говорю себе я.

На следующий день я без жалости выталкиваю парней из номера следующего постоялого двора, где мы снова объелись и упились на радостях от настоящей цивилизации вокруг. Мужики ночуют во дворе, охраняя телеги с дорогим добром под сеном и наших лошадей. Я тоже с ними остаюсь на всякий случай. Наемники и лучницы заняли большой номер на шестерых за половину талера, что относительно не дорого по сравнению с едой.

Но уже здесь случились кое-какие непонятки с местными крепкими мужиками, которым здорово приглянулись наши спутницы. А у них нашлось серебряные монеты, чтобы предложить статным и задастым девкам прогуляться во двор понюхать цветочки и полюбоваться лунами.

Подобное, конечно, уже конкретная наглость такая, через головы наших людей такое предлагать. Ведь девки явно с нами приехали, только мы — проезжие мимо какие-то бедолаги, а мужики самые тут местные и их весьма много в селе имеется, если что.

— Это, вы тут посидите, пиво допейте, только нам не мешайте договориться, а то бока здорово намнем, чужаки! — слышим мы сразу от делегации из местных основательных крестьян.

— Что ты там хочешь? Да я тебя сам сейчас поимею! — сразу поднял ставки достаточно щупло выглядящий задира Шнолль.

После данных слов так сразу и пошла веселая потеха с первыми тремя желающими комиссарского тела крепышами.

Получив от Шнолля и Вертуна умело по головам кулаками и по ребрам ногами, повалявшись и постонав вволю под столами, местные мужики здорово обиделись. Быстро потом собрали немалую толпу своих сторонников за половину часа и разом вломились в таверну. Забежали гуртом и сразу прижали нас в углу большого зала.

Как и следовало ожидать, конечно, по логике произошедшего первого сражения.

Тут уже мне лично пришлось вступить в массовую драку, раздавая суровые плюхи напористым и многочисленным мстителям за честь родного села. Народ тут еще гораздо более размашистый, чем я сам в драке, поэтому легко всех опережаю, снова предупредительно натянув на руки свои зимние меховые перчатки.

«С моей новой силой бью всего один раз, всем хватает, чтобы тут же лечь полежать и как следует подумать о смысле жизни», — радуюсь я своей новой силенке.

Человек восемь за шиворот отправил отдохнуть за дверь таверны, пока наши наемники сплоченными усилиями опытных драчунов переломили неудачно складывающуюся поначалу драку и отбили боевых подруг.