— Появились. Как же без этого? Когда люди объединяются ради выживания, необходимы лидеры, которые смогут поддерживать строгую дисциплину. Так в городах возникли кланы.
— Расскажите подробней о социальном устройстве, — попросил я.
Если уж угодил сюда, надо хоть понимать, что к чему.
— В разных городах по-разному. Оно и понятно, ведь мегаполисы практически не общаются между собой. Однако общее присутствует.
— Давайте про город, в котором мы находимся. Это Россия, как я понимаю?
— Россия? — нахмурился врач. — Ах, да… Была такая страна. Очень давно, ещё до падения Сердца. Странно, что вы о ней вспомнили.
— И как называется эта территория сейчас? — спросил я мрачно.
Лейб-лекарь пожал плечами.
— Никак. Нет больше никаких стран. Только города. Мы находимся в Камнегорске. Ближайший мегаполис, Павлоград, в шести сутках пути от нас. Остальные ещё дальше.
— Так, понятно… — я старался слушать внимательно и запоминать любую информацию, при этом отключая внутренний голос, упорно твердивший, что ничего этого быть не может. — А я, значит, какой-то барон?
— Не какой-то, Ваша Милость! Вашему роду принадлежит внешний удел Зелёного сектора!
— Что за сектор?
— Камнегорск поделён на восемь секторов, каждый из которых принадлежит одному из кланов. Они лучами расходятся от центра города, где расположена крепость Его Величества. Каждый сектор имеет свой цвет.
Я прикоснулся к волосам.
— Значит, наш — зелёный?
Врач кивнул.
— Ну, разумеется. Цвет Его Светлости князя Шувалова. Сектора, в свою очередь, поделены на уделы. Вашему роду принадлежит последний, расположенный у самой крепостной стены города. Ответственный участок, ведь он отвечает за оборону мегаполиса.
Мне вспомнился разговор, который я слышал, ещё когда не мог двигаться. Да и слова медсестры — тоже.
— Я так понял, мой… род погиб?
— Увы, Ваша Милость. Такова жестокая реальность. Гули прорвали оборону и полностью истребили жителей вашего удела. Вы — единственный выживший. Соседним уделам удалось, в конце концов, их блокировать и перебить, но для вашего рода было уже слишком поздно.
— Дайте осмыслить, — попросил я, прикрыв глаза. — Выходит… я — последний представитель рода и новый барон? Барон без земли?
— Удел пришлось законсервировать. Охранять-то ему больше некому. Окончательное решение, конечно, примет Его Величество… Я, во всяком случае, не смею рассуждать о дальнейшей судьбе ваших земель.
— Но ведь я жив. Значит, они принадлежат мне.
Врач развёл руками.
— Это так, но… Что вы будете с ними делать? У вас не осталось вассалов.
— Да, это неприятно. Что ж… — я снова потрогал волосы. — Доктор, а нельзя ли избавиться от этого ужаса? Я имею в виду цвет. Мне бы что-нибудь более… традиционное.