Она передала приказ солдату и в ожидании его возвращения зашла к Ирмиэлю. Тот лежал в постели, беспокойно стискивая в руках покрывало.

— Кто здесь? Кто? — крикнул он, заслышав шаги.

— Успокойся. Это Алирия.

— Ты пришла вернуть мне зрение? Ты узнала как?

— Еще нет, но…

— Тогда убирайся! Убирайся, иначе, клянусь, я спалю тебя дотла.

Алирия хмыкнула. Зрелище было жалким. Почему-то ей пришло в голову, что Осберт, случись с ним такая беда, наверняка отреагировал бы более достойно.

Возвращаясь к Готтрану, она вдруг поняла: их самих лишь чудом миновала эта кара. Почему? Очевидно, по простой случайности — они покинули город. Значит, мысли о Предвечных не лишены основания — в легендах ихкары обрушивались на жителей определенных поселений, избежать их можно было, лишь покинув город или деревню. Но что для Предвечных мог значить какой-то эвендин, один-единственный? Сколько их убили за последнее время, и никогда не случалось ничего подобного.

Алирии стало не по себе. Впервые она подумала, что, возможно, следует добиться возвращения обратно в Эрбелу.

Вскоре в замок гордой поступью вошел Тугарт. За ним следовала мрачная фигура, полностью завернутая в темно-синий плащ, — не было видно ни лица, ни кончиков сапог. Алирия кивнула Тугарту и смерила незнакомца подозрительным взглядом.

— С кем имею честь?

— Орталия, — донеслось из-под плаща.

Голос был странный — невозможно было определить, говорит мужчина или женщина, и в нем не слышалось ни намека на какое-либо выражение. Но это имя Алирия знала. Тайновидец Орталия вот уже несколько лет возвещал Себлиру волю Предвечных — приходил туда, где случалась беда, коротко говорил, что делать, и удалялся прочь. Пока все его указания оказывались действенными.

Готтран обрадовался визитерам, хотя и старался это скрыть.

— Ну? — воззрился он на Орталию.

Алирия впервые видела, чтобы с тайновидцем обращались так бесцеремонно, но Орталия ничем не показал, что задет. Он монотонно заговорил:

— Пусть все ослепшие войдут в реку Ишдану. Те, на ком нет вины, прозреют. Так говорят Предвечные.

Сказав это, Орталия повернулся, чтобы уйти. Однако Готтран остановил его:

— Подожди. Это что, все?

— Да, все.

— Скажи, почему это случилось. Кто это сделал?

Было заметно, как фигура под плащом пожала плечами, как бы удивляясь глупости вопроса.

— Это кара Предвечных. За зло, сотворенное твоими людьми.

— То есть, по-твоему, это сделали сами Предвечные?

— Ты сказал.

Орталия пошел к дверям. Готтран вознамерился вцепиться в него и любым способом добиться конкретики, но Тугарт заступил ему дорогу и низко поклонился.