Тем не менее, после ужина Йоран остался побеседовать с ним. Эни отвели в выделенные ей покои — большие, красивые, украшенные гобеленами с изображениями светлых существ, отдаленно напоминавших сильфов, которых она не раз видела на картинах в замке, и черных, как ночь, созданий — талантливым воплощением ночных кошмаров. Рассмотрев гобелены до мельчайших деталей, Эни думала лечь спать — все равно больше делать было нечего. Но неожиданно в комнату пришел Юст.

— Милорд зовет, — коротко сказал он.

Эни послушно пошла за ним. Ей нравился этот мальчик, он вызывал у нее доверие, несмотря на некоторое нахальство. И она не могла не заметить, что похожие чувства питает к нему и Йоран, и Эрнальд, и даже Гильем, который с ним постоянно ругался.

Йоран ждал их в небольшой комнате, где весело полыхал камин. Он подозвал Эни к себе, и она присела рядом на мягкий диван. Юст остался стоять. Спустя короткое время двери распахнулись снова, и вошел человек средних лет с длинной светлой бородой. Одет он был в невероятно цветастый халат. За ним вошел мальчишка-прислужник, кативший небольшую тележку. Оба низко поклонились.

— Мне сказали, — начал мужчина, — милорд желает виелу.

Эни вспыхнула. Она не ожидала, что ее желания будут исполняться, едва лишь она заикнется о них. Мгновенно пришли сомнения: а вдруг ничего не получится? У нее наверняка нет никакого таланта, она не отличит одну ноту от другой…

— Покажи, что у тебя есть, — откликнулся Йоран.

Прислужник подал торговцу футляр, тот открыл его и с поклоном протянул гостям. Йоран кивнул Юсту:

— Взгляни.

Юст уселся на полу, достал виелу и постановил:

— Ерунда.

— Юный мастер даже не посмотрел инструмент, — возмутился торговец.

— Не надо долго смотреть, чтобы понять, как он плох.

— Мы не собираемся сидеть здесь всю ночь, — сказал Йоран. — Показывай лучшее. Цена неважна.

Эни с интересом смотрела на Юста. Она и подумать не могла, что тот разбирается в музыкальных инструментах.

Следующую виелу Юст рассмотрел с бо льшим вниманием и пробежал пальцами по струнам. Затем положил ее на плечо и взялся за смычок. Всего четыре довольно ленивых движения создали красивую переливчатую мелодию. Эни почувствовала восторг и легкую зависть: как просто у него получалось!

— Неплоха, — сказал Юст. — Есть еще что-нибудь?

Торговец заколебался и неуверенно посмотрел сначала на него, потом на Йорана.

— Если есть, показывай, — сказал тот. — Возможно, лучшего шанса продать ее у тебя не будет.

— Хорошо, милорд… У меня есть поистине прекрасная виела…

Он сам подошел к тележке, достал футляр и положил его на пол с такой осторожностью, словно там была не виела, а взрывчатка. Юст с минуту молча смотрел на инструмент.