— Что там? — полюбопытствовал Йоран.

— Эвендинская виела.

Торговец напрягся. Он явно не ожидал, что Юст с первого взгляда раскроет секрет инструмента.

— И только? — спросил Йоран. — Что ты испугался? Не припомню, чтобы законы запрещали торговлю эвендинскими инструментами. Тем более, как говорят, они во многом лучше других.

— Так-то оно так, милорд, но обладание такими вещами зачастую вызывает вопросы, — осторожно проговорил торговец. — А там — и проблемы.

Юст взял виелу и заиграл. На этот раз его движения были сосредоточенными и плавными.

От чарующей музыки у Эни даже закружилась голова, и она невольно подумала, не заколдована ли эта виела? Нахальный оруженосец совершенно преобразился. Он казался много старше, прикрытые глаза странно блестели и смотрели куда-то сквозь торговца, стен комнаты и вообще всего мира.

— Достаточно.

Прервавший дивную мелодию голос Йорана ударил, словно хлыстом. Юст снова стал собой и положил виелу в футляр.

— Должен же я продемонстрировать вам, насколько чище звук у этого инструмента. Если говорить о качестве, то брать, конечно, стоит этот — тут и думать нечего.

— Хорошо, — сказал Йоран. — Проводи Эни, а мы пока побеседуем. Завтра у тебя будет виела, — обратился он к супруге. — Точнее, уже сегодня, но опробовать ее лучше завтра, чтобы не будить хозяев.

— Спасибо, — почти прошептала Эни. Она надеялась, что Йоран поймет: она так немногословна не от равнодушия, а от изумления. У нее попросту не было слов.

Юст повел ее обратно в комнату.

— Ты потрясающе играешь, — сказала Эни.

Мальчик в ответ на похвалу безразлично дернул плечом.

— Ты долго учился?

— Почти не учился. В моей семье любили музыку, — сказал Юст. — Все получилось само собой.

— Значит, у тебя талант, — потрясенно проговорила Эни. Насколько она знала, на виеле учатся играть минимум три года. — Повезло тебе!

— Мне кажется, вы тоже не лишены таланта. Готов поспорить, что у вас все быстро получится. Спокойной ночи. — Юст помахал ей рукой и ушел.

Эни усомнилась в этом, но слышать такие слова было приятно.

Сон долго не приходил — мешало радостное волнение, ей не верилось, что она совсем скоро сможет провести смычком по струнам. Пока это было пределом ее мечтаний. Эни долго думала об этом, и музыка Юста играла у нее в голове, никак не желая умолкнуть.

Когда она уснула, мелодия плавно сменилась другой. Ее издавала невидимая виела, которую она держала в руках, и каждая нота давалась необычайным трудом, словно чтобы извлечь звук из струны, нужно было распилить ее надвое.

Утром Йоран вручил ей виелу с таким видом, будто она мало чего стоила. В карете Эни положила подарок на колени и с беспокойством вцеплялась в него каждый раз, когда они подскакивали на кочке. Футляр был сделан из красного дерева, на его крышке была вырезана эмблема в виде смычка, обвитого тонкой нитью. Эни это казалось буквой неведомого алфавита.