Ар Лиин-старшая непонимающе уставилась на нее:

— С чем⁈

— Какая-то безумная последовательность боевых связок для меча и даги или двух ножей… — объяснила моя ключница, пропала из окна, а через несколько мгновений вышла во двор через дверь. — Придумана отцом Нейла. Требует невероятной гибкости, скорости, силы и высочайшего контроля равновесия. Пока получается не очень.

Объяснение было емким и предельно точным, поэтому я ограничился подтверждающим кивком и продолжил ковылять в сторону бани.

— И долго он будет в таком состоянии? — встревожено спросила Тина.

— Да нет! — махнула рукой Майра. — Сейчас отмочу его в горячей воде, разомну мышцы, и оклемается.

Успокоенная женщина мило улыбнулась и унеслась по своим делам, а я, сопровождаемый «правой рукой», наконец, ввалился в предбанник и чуть не рассмеялся в голос, увидев еще одного «немощного старикашку». Вернее, старушонку — Алиенну, расслабленно полулежащую в самом мягком и глубоком кресле с закрытыми глазами и с выражением воистину невероятного счастья на лице. Что самое смешное — полулежащую не в платье и даже не в брюках, а в халате. Слегка задравшемся и, поэтому приоткрывшем правую ногу «аж» до колена.

— Что, умотали не только себя, но и бедную девочку, да⁈ — возмущенно воскликнула Майра, как всегда, в присутствии кого бы то ни было, обратившись ко мне на «вы». Затем повернулась к стремительно краснеющей мелкой и с «легким восхищением» в голосе отметила: — Знаешь, а халат тебе очень идет! Ты в нем такая ладная и красивая…

«Ладная и красивая» ошарашено уставилась ей в глаза, но, не обнаружив там ничего, кроме этой, великолепно изображаемой эмоции, благодарно улыбнулась. Затем заметила, насколько «бесстыдно» задрался халат, и, чуть не умерев от ужаса, рванула ткань вниз!

— Никогда не показывай окружающим, что с тобой или твоей одеждой что-то не так! — легонечко подтолкнув меня в сторону двери, ведущей в мыльню, сказала Майра. А когда я послушно отправился в указанном направлении, продолжила: — До тех пор, пока ты непоколебимо уверена в своей неотразимости и ослепительной красоте, тебе будут подражать и завидовать. Но стоит показать даже тень неуверенности или страха — втопчут в грязь…

…- Откуда ты взяла фразу про подражание и зависть? — лениво поинтересовался я, когда улегся на массажный стол и подставил спину под сильные и умелые руки своей ключницы.

— Собрала воедино то, что говорил мне ты, и вчерашний рассказ Тины о правилах поведения при дворе. И сделала выводы.

— Толково! А главное, своевременно… — прикрыв глаза от удовольствия, выдохнул я. — Знаешь, я уже второй день пытаюсь помочь ей перебороть неуверенность в себе.