— Стоп. У вас в лаборатории есть ресурсы, чтобы поднять уровень О’Хилли до шестого-седьмого?

— Именно так!

— Тогда сделаем вот как. — Осторожно забрал я чемоданчик из его рук.

— А… — Не понимая, смотрел он, как я закидываю его за диван.

— А вам приказываю возвысить ее за счет собственных средств. Раз они у вас есть. — Закрыл я дверь перед его носом.

И попросил Хтонь превратить дверь в участок стены.

Туда, правда, немедленно и возмущенно застучали — но заниматься такой глупостью ученый человек не станет. Это ж стена — ее не откроют.

Тем более что после очередного воздействия Хтони пропали вообще все двери на уровне, кроме одной — ведущей к лифтам.

Намек был понят — хотя шел тот, явно кипя от ярости.

«Ньюсому будет жаловаться», — понял я.

И даже пожалел немного профессора. У Ньюсома сейчас совсем другие проблемы.

К моменту, как явилась референт, двери обрели свой прежний вид. Я, признаюсь, ожидал девушку с некоторым нетерпением, поэтому даже открыл створку заранее и вышел в коридор. Только очки с оранжевыми стеклами прихватил.

— К Амелии, — прошел я мимо.

Референт быстренько развернулась и побежала следом, пытаясь обогнуть на своих высоких туфельках и в вечернем платье — не успела переодеться после фуршета. Там все такое носили, только у Рейчел оно было скромнее — без украшений и глубоких вырезов.

Поездка на лифте и быстренькое изучение кладки показало, что с несчастным случаем по случаю вылупления паучков Ньюсому сегодня не повезет.

«А ведь имелась надежда порадовать старика», — с некоторым даже разочарованием снял я очки. — «Набралось едва ли процента два, даже до девяноста не хватает…»

Впрочем, Амелии, рядом с которой кладка простояла почти сутки, этого «хватило».

Та не умерла, нет. Не ссохлась трупом и, в общем-то, была даже в сознании — сидела на полу, привалившись спиной к нарам.

Волосы, закрывавшие лицо, были спутаны. Платье смялось складками, некрасиво задравшись на поясе. Камера же хранила отпечаток женской ярости — разбитые стенки душевой, вырванная и валяющаяся на полу раковина. Влажные следы от затопления — немного, видимо, успели перекрыть воду. Присмотрелся к рукам девушки — костяшки разбиты в кровь.

— Ну, сколько уровней осталось? — Буднично спросил я.

— Ты-ы… Это был ты-ы! — Завыла та, как баньши.

Тем более что походила на нее более чем.

— Я знала, что это был ты! — Вскочив, рванула она к решетке, просунув руки в бессильной попытке меня достать. — Тварь, урод, сволочь! Убью! Убью!!!

— Значит, еще сколько-то осталось.

— Генри! Генри, милый, любимый, нет! — Отпрянула Амелия, вцепившись руками в решетку. — Пожалуйста! Что угодно! Я могу быть полезна! Я многое знаю про президента! Я все-все про него расскажу, хочешь?