Сев на кровать, Остин потянулся к служебному телефону. Набрал четыре цифры профессора Эббота — и, не набрав пятой, сбросил вызов.
«Расплав в ванной против смертельной инъекции».
От такого выбора хотелось завыть.
Глава 1
Высоченная стена, собранная из белых и черных вертикальных полос, нашлась в указанном на карте месте. Я покосился вправо, затем снова на сложенный втрое лист бумаги и чуть повел плечами, чтобы поудобнее устроиться на широкой ветке высоченного дерева.
Правда, линии, изображавшие стену, были скорее овальными, а черный цвет замещала штриховка синей пастой — но вся карта была собрана из таких пиктограмм, выполненных с упрямой тщательностью кем-то напрочь лишенным таланта к рисованию. Зато прежний владелец явно был одарен иначе: примечал полезные ориентиры, умел соблюдать масштаб и не стеснялся дополнять карту дельными примечаниями.
Обрывок куртки с картой нашелся в яме под расщепленным надвое стволом высоченного дерева — мутировавшей сосны с перекрученными ветвями — в двух часах от выхода из четвертого радиального коридора. Дерево на карте тоже было — отмеченное примечанием «безопасное место». Примечание я вычеркнул.
Яма, впрочем, давненько пустовала — точнее, гнездовье в ней, собранное из людской одежды, шкур и ветвей. Вход зарос травой, вещи внутри растащили в стороны и погрызли мелкие зверьки — а через норки, прорытые ими, внутрь натекло немало воды, превратив все, что там осталось, в комковатый плесневелый ком.
Я бы, в общем-то, туда и не сунулся, если бы не видимая талантом пульсация темно-алым ценной вещи, зарытой среди хлама. В итоге, соблазнившись, выгреб все подвернувшейся под руки сухой веткой, начал перебирать находки — и вот, наткнулся на бумагу, бережно запакованную в пакет и пластиковый файл. Чуть пожеванную вместе с курткой, но без следов влаги.
Темно-алое тоже нашел — невзрачный камешек с насечками, слишком высокого уровня, чтобы мой талант его опознал. Его я, не трогая руками, переложил в одну из стеклянных баночек с набитой внутри ватой, а ту убрал в нашитую в подкладке куртки петличку. В городе находку опознают и назначат ей цену. Или не опознают и не назначат — тогда только через аукцион.
Уже штук семь находок так «зависло» с прошлых выходов — и вроде ценное, и толку от него никакого. Потому что аукцион, когда в город съедутся высокоуровневые оценщики — раз в месяц. Свои высокоуровневые в Новом городе тоже есть, но они ломят такой ценник, что проще заплатить фиксированный аукционный взнос и подождать.
Нет, если деньги нужны прямо сейчас — то можно согласиться отдать долю от оценки. Тем более, оценщики вещицу тут же и предложат выкупить — с этого и живут. Понятно, что дадут сильно меньше, чем можно взять с аукциона, но если цель — прокутить деньги и снова уйти в поиск, веря в свою удачу, то вариант рабочий. Многие так и существуют. А вот если хочется жить нормально, то даже с такими находками невольно учишься экономить каждый доллар. Потому что деньги в Новом городе улетают так, словно топишь ими костер…