Доплыв, кельты наскоро оделись и в бешеном темпе принялись за работу. Очистив от коры с десяток стволов больших деревьев, смазали их маслом и перекинули верёвки, мотки которых тащили с собой на плотиках.
Привязав к концам тяжёлые сучья, бойцы подбежали к берегу и начали раскручивать их над головой. Через Отаву перелетели только четыре, остальные упали неподалёку от берега. За ними тут же кинулись добровольцы — благо, не хватило всего нескольких метров, а ледок уже сломан.
Через минуту последовал второй заброс. Теперь середина мотка опоясывала промазанный маслом ствол, а оба конца находились на берегу, в расположении батальона.
— Добровольцы, — негромко сказал Фокадан. Солдаты замялись, поняв наконец, что им предстоит.
— Давай я, командир, — шагнул вперёд ординарец. Раздевшись, Роберт Конноли плотно упаковал патроны в средину получившегося тючка. Затем, под нервные смешки приятелей, привязал верёвку к солдатскому ремню — единственной детали одежды, оставшейся на нём, и зашёл в воду по колено.
— Давай! — Скомандовал он дрогнувшим голосом. Стеганули лошадь, пошедшую тяжёлой рысцой, и Роба дёрнуло в реку. На противоположном берегу он оказался менее, чем через десяток секунд. На попаданца отчётливо пахнуло будущим, и появилась твёрдая уверенность, что летом его кельты непременно будут играться подобным образом, напоминая себе и окружающим о героическом прошлом.
Солдаты загомонили, обсуждая поступок товарища, и тут же начали следовать его примеру. Один за другим они переправлялись на тот берег, не успевая толком замёрзнуть. Оставшиеся на берегу товарищи тем временем имитировали строительство укреплений, старательно мелькая с разнообразным барахлом на виду пруссаков.
Менее чем за двадцать минут, на противоположном берегу оказалась большая часть батальона. Пруссаки тем временем разворачивались по всем правилам, выкатывая немногочисленную полевую артиллерию и спешно оборудуя подобия щитов из фашин[7] — хоть какая-то защита от пуль прославленных стрелков Кельтики.
— Умный, — весело пробурчал Фокадан, глядя на приготовления в подзорную трубу, — да дурак.
Бойцы, коих осталось на берегу менее двух десятков, видя промедление врага, вовсе уж раздухарились. На тот берег переправлялось запасное оружие, инструмент.
— Хватит, парни, — со смешком остановил бойцов Фокадан, — этак вы и за пруссаков скоро возьмётесь. Вперёд!
Через пару минут полковник и сам разделся, но напоследок решил пошалить. Вырвав из блокнота (который сам же изобрёл[8]) листок, написал крупными буквами: Спасибо за интересную игру, полковник Ройсс. Было весело.