Объятия ослабли, Фокадан тут же спихнул с себя тяжёлое тело и вскочил, вытягивая одновременно саблю из ножен. Прерывисто дыша, тут же сделал выпад в сторону сапёра, схватившегося с Фланаганом на штыках. Острие сабли легко вошло в районе почек, и пруссак выгнулся дугой, тут же обмякая.
Адъютант наконец передёрнул затвор винтовки, выстрелив во вражеского капрала, душившего одного из солдат. Выхватив револьвер, Алекс начал стрелять, постоянно перемещаясь, и через несколько секунд из пруссаков в живых остался только сержант, вскоре накрепко связанный.
— Роб, — негромко сказал попаданец, показав на него глазами, — приберись пока.
— Назад? — С надеждой спросил подрагивающим голосом фендрик[4], прикомандированный от Прибрежного форта.
— С чего бы? — Удивился Алекс, полоская рот ромом из фляжки Фланагана, — разведку сперва.
Фендрик сглотнул и быстро-быстро закивал, глядя, как попаданец ногтем выковыривает из зубов кусочек застрявшей там человеческой кожи.
Со стороны прусских позиций форт и правда выглядит не так презентабельно, как в действительно.
— Это интересно, — пробормотал полковник, — всё, теперь можно возвращаться.
По дороге к ним присоединился Роб, сказавший громко:
— Помер наш пленный. Видать, внутрях что-то повредили, а сразу и не заметили.
И уже тише, только командиру:
— Разведка то, вроде как ночью штурмовать попытаются.
Предупредив о том Фальке, заспешили назад. В штаб, срочно в штаб…
* * *
— … может интересно получится, господин генерал, — докладывал час спустя Фокадан, — штурм однозначно будет, к гадалке не ходи.
— Не те у них силы, — отозвался Зиверс для порядку, приглашая подчинённого к дискуссии.
— Для полноценного штурма сил и правда не хватит. Ставлю на то, что они будут пытаться повредить форт.
— Сапёры, говорите? Это как раз возможно. Ладно, пришлю туда подкрепление, да и вы постарайтесь.
— Уже, господин генерал, — отозвался полковник, — засада намечена. Мои ребята уже минируют местность.
— С вами приятно работать, полковник, — хмыкнул австриец, — не хотели бы по окончанию войны поступить на службу в австрийский генштаб? С вашим неординарным подходом и инициативностью, карьера обеспечена. Генеральские эполеты до тридцати лет заслужите.
— Благодарю, но нет, — попаданец замялся, но всё же сказал откровенно, — характер у меня поганый. Под вашим началом ещё ничего так, можно служить. Но вы-то достаточно умный для генерала…
Губа старого генерала стала дёргаться, Алекс поспешил откланяться, прервав разговор и бормоча что-то о службе. Он успел выйти за ограду штаба, коря себя за откровенность, вызванную недавним эпизодом и последующим лечением, когда услышал совершенно лошадиное ржанье.