— Сейчас будем чаще, — отозвался отец. — Вот закончим с «Сингулярностью» — и станет побольше свободного времени.

— Ну конечно! Как только вы закончите все дела, будет Китай.

— Зато ты сможешь сама сюда ездить в любое время, — вмешался я.

Марья Ивановна, разливавшая солянку, отвернулась к окну и подозрительно долго возилась с поварёшкой. Я увидел, как у неё дрогнули плечи. Слава богу, Лена всего этого не заметила.

Денис приехал ровно в час.

Я услышал, как у ворот зашуршал колёсами по гравию его «Руссо-Балт». Охрану я предупредил, и астреевцы быстро впустили гостя. Скрипнули петли. Денис вошёл в сад.

Я наблюдал за ним из окна столовой и должен был отдать должное — друг держался безупречно. Шёл почти что вразвалочку, рубашка была расстёгнута на пару верхних пуговиц, в руке вечная чёрная папка с какими-то бумагами. Идеальная легенда: случайный гость, который заскочил к нам мимоходом.

— Денис? — Лена удивлённо подняла брови, когда он вошёл. — Какими судьбами?

— Был здесь неподалёку, на севере, — он наклонился, целуя ей руку. — Подумал — заскочу-ка вас повидать.

— Очень кстати. — Лена просияла. — Отобедайте с нами. Марья Ивановна сегодня превзошла саму себя.

— Ну, если приглашают…

— Приглашают, приглашают, — пробурчала Марья Ивановна, ставя на стол ещё один прибор. — Куда ж его, бедного, без обеда отправлять? У него же дома, поди, опять холодильник пустой стоит. Я этих холостяков знаю.

— Пустой, — честно признался Денис. — Половина лимона и кусок сыра с плесенью.

— Вот видите!

Денис устроился напротив Лены и взялся за солянку даже с излишней сосредоточенностью.

Лидия Павловна вела ровный, тёплый разговор про погоду и про соседей по дачному посёлку — у кого что выросло в саду, кто перестроил веранду, кто завёл собаку. Василий рассказывал о новостях из Военного министерства. Я — об одном из заказов в мастерской, тоже не вдаваясь в детали. Денис включался в разговор там, где было уместно, и молчал там, где было нужно.

Лена пока что ни о чём не подозревала. И, что мне особенно нравилось, никто из «заговорщиков» себя не выдал. Марья Ивановна носила тарелки молча, лишь однажды задержалась за стулом Лены на секунду дольше обычного — будто хотела погладить её по голове, как маленькую, — но вовремя опомнилась и ушла на кухню.

Когда подали кофе, Лидия Павловна предложила перейти на веранду:

— День такой хороший, грех в духоте сидеть.

Денис допил кофе в один глоток, поставил чашку и посмотрел на Лену.

— Леночка, — сказал он самым будничным тоном, на какой только способен, — а не хочешь немного прогуляться? Тут такой день, действительно грех в доме сидеть.