— Мама, но глава рода сам решает такие вещи.

Алира возражает ровно, без эмоций:

— Это традиция нашего народа. Праздновать достойные совершения.

Она откидывается на спинку стула, скрестив руки.

— Если лорд Данила хочет быть королём альвов, ему стоит соблюдать наши обычаи.

Ну, приехали. Кто кому тут нужен, интересно? Я альвам или альвы мне? Пока что это я вытаскиваю их из заточения, лечу за свои средства, устраиваю им новую жизнь… А мне в благодарность еще и ставят условия. Великолепно.

Я уже готов был крепко ответить, но тут неожиданно вмешивается Ненея. Приятно слышать, как будущая княгиня Морозова заступается за меня.

— Мама, ты что-то путаешь. Вообще-то, мы должны не условия ставить, а в ногах у Данилы валяться за то, что он принял нас к себе и помогает обустроить наши жизни.

Она смотрит прямо на Алиру, не опуская взгляда. Голос её спокоен, но твёрд.

— И это нам надо слушаться его волю, а не делать вид, будто мы какие-то влиятельные иномирцы.

Алира возмущенно вскидывает подбородок:

— Дочка, Полуденное Королевство всегда славилось…

— Наша слава, как и золотые дворцы, в прошлом. Нынче мы — беженцы и бывшие пленники, — обрубает Ненея.

В зале воцаряется тишина. Алира мрачнеет, я же удивлён такой прямолинейностью Ненеи. Да и вообще, угораздило же меня попасть на семейную ссору. Но раз уж я здесь, то произношу:

— Ваше Высочество Алира, я почту за честь провести праздничный пир согласно традициям альвов.

Алира, как и Лакомка с Ненеей, удивлённо смотрят на меня.

— Но у меня скоро свадьба, — вежливо продолжаю. — Думаю, это событие как раз и будет отличным поводом для объединения моих подданных, тем более что тогда к нам присоединится большое число пробуждённых альвов.

Я вижу, как королева слушает, как слова бьют в цель.

— Сейчас большинство из них всё ещё в анабиозе, так что праздновать лучше именно когда мы вывезем всех из Северной Обители, — поясняю своё решение.

Алира медленно кивает. Не спорит. Без былой строгости, но уже с долей принятия.

— Да, это хороший повод, милорд. Хорошее решение.

Я улыбаюсь, а у меня в голове раздаётся восторженный голос Лакомки.

«Она назвала тебя „милорд“!»

Я мысленно соглашаюсь.

«Ну да…»

«Это значит, мелиндо, что мама признала тебя нашим лордом!»

«Да, я это понял. Но не ожидал, что ты так обрадуешься…»

«Ох, мелиндо, это же шаг титуловать тебя королём!»

Ну, конечно.

Я собираюсь попросить у служанки чашку кофе, когда вдруг из-под стола что-то шевелится. Прямо из столешницы появляется когтистая рука. Аккуратно. Плавно. Без лишнего шума. И ставит передо мной чашку с дымящимся кофе.