— Я имела в виду лордов, что не приехали в Багровый дворец, — нашлась магиня. — Наверняка такие были.

Хоттабыч коротко кивнул, не обратив внимания на ее заминку:

— Да, результат Багрового Исхода — это большая заслуга Данилы. Честно, верю, что он сможет и дальше противостоять хитрющим дроу, но, конечно, будем надеяться на лучшее.

Масаса с недоверием переспросила:

— Вы сейчас серьёзно?

Хоттабыч лишь усмехнулся:

— Ещё бы. Нам не выгодно, чтобы лорды Багровых Земель буянили и разбрасывали волны хаоса по всему миру. Среди них полно Грандмастеров, и стоит Даниле немного подсобить. Удержание мира — в интересах Организации.

Масаса покачала головой. Она не была дурочкой и понимала, что слова Председателя звучат просто, но за ними скрыт корыстный расчёт.

— Но мир — это ведь не всё, что вы хотите от Данилы, верно? — осторожно спросила она, пытаясь заглянуть за фасад общих утверждений.

Хоттабыч усмехнулся и развел руками, мол, Масасочка, знаешь ты меня, знаешь, внучка:

— Верно. Неплохо было бы получить доступ к местам силы в Багровых Землях. Думаю, найти тайный от дроу способ не проблема.

Масаса незаметно выдохнула. Места силы — это, конечно, грабёж в чистом виде, но она опасалась, что Председатель замышляет нечто куда хуже. И всё же внутри у неё царил странный хаос. Ведь именно она — главная угроза для Данилы, она ставила ему смертельные ловушки. А сейчас, вопреки логике, её тревожит, что Председатель может навредить ему сильнее, чем она сама.

— И конечно, — произнёс Хоттабыч, словно невзначай, — неплохо бы сделать Данилу нашим подставным лицом. Если Организация получит власть над Багровыми Землями — это будет просто великолепно.

Масаса замерла. Все же она рано обрадовалась.

* * *

Просыпаюсь уже в Багровом дворце.

Нет, конечно, я периодически приходил в себя в машине, ощущая как покачивается голова на крепких, упругих полушариях Змейки. Такая привычка, ничего не поделать. Мои ближайшие вассалы безумно сильны. Змейка вон любого физика, кроме Ледзора, на лопатки положит…ну если ей напомнить борцовские техники, иначе просто располосует на ветчину. Но я по жизни осторожный. Даже в нашем постапокалиптическом поселке мне надо было постоянно контролировать обстановку вокруг, благо уже обладал зачатками телепатии.

Я зеваю и откидываюсь на шелковые подушки. Расширение сознания Троегласа выжгло из меня столько энергии, будто кто-то протащил душу через терку. Внутри пусто, мозг гудит, тело будто чужое. Хочется просто лечь и забыться до вечера, а может, и до следующей весны. Но, увы… не время.

Я потягиваюсь, хрустят плечи, где-то под лопатками пульсирует остаток ментального жара. Сажусь на кровати, зеваю, собираю мысли — лениво, как карточки в стопку. Всё ещё жив, здоров, руки ноги целы, голова варит, а значит, пора работать.