Он усмехается, но зря, зря. Теперь, как будущий легионер, он только что поднялся в моих глазах на пару ступеней выше.
Глава 17
Я активирую легионера-воздушника. Ветряные потоки закручиваются и сбивают вместе облако спор, как пылесос. Вся отравленная масса начинает улетает к друиду и влетает прямо ему в рот как пылесос.
— Попробуй свою пилюлю, доктор, — хохочет Гришка, смекнув что произошло.
— По-моему тут целая коробка пилюль, дорогой, — вторит Лопухина-Калыйр, восторожнно глянув на меня. Дворянские девушки любят, когда их удивляют.
Друид всосав весь яд дергается, пытается выдохнуть, но уже поздно. Вены на шее вздуваются, глаза лезут из орбит, тело содрогается, и он валится на пол.
— Хоть ты и обезопасил себя от яда, но его избыток все равно шокировал твой организм, — объясняю друиду что с ним происходит. Оборачиваюсь на Машу и Гришу: — Прикрывайте.
— Есть, Филин!
Подхожу ближе к ханьцу, касаюсь его лба пси-плетью. Поток энергии переходит ко мне. Сознание друида дрожит, ломается, покидает тело, и я аккуратно втягиваю его в свой Легион. Его остаточная память оседает внутри, Дар друида пополняет мою Коллекцию. Теперь он мой новый ментальный солдат.
— Неплохое свидание, я вам замечу, — усмехаюсь, выпрямляясь.
Гришка рядом отдувается и ухмыляется:
— Ну что, теперь на шашлыки пойдём?
— Какие еще шашлыки? — удивляюсь, и замечаю хитрые огоньки в глазах Маши. — То есть мы здесь задержимся?
— На три часа как минимум, — сообщает казах, приобняв жену за талию.
Ох, мои перепончатые пальцы… Ну ладно.
Когда возвращаемся в Багровый дворец, Лакомка уже ждёт у крытого бассейна.
— Как ты и велел, мелиндо, я подготовилась, — воркует альва. — Что будем делать?
Она в своем фирменном купальнике — три листочка, два сверху, один снизу.
— Медитировать, главная королева.
Я подхожу ближе, опускаю ладонь на ее живот, помогаю ей лечь на поверхность. Она плывёт на спине, расслабленная, и я стою рядом, держа жену рядом.
— Мррр, как необычно, — мурлычет альва, откинувшись и прикрыв глаза.
— Я тут одного легионера получил, — говорю спокойно. — Интересный экземпляр. У него дар Друида и довольно редкий.
Лакомка поворачивает голову, на лице появляется лёгкая улыбка. Она уже привыкла, что после каждого выезда я приношу что-то новое — материальный придаток в виде артефактов, нового легионера, иногда — просто опыт.
— И что же, мелиндо?
— Думаю, он бы тебе пригодился?
— Мм, но ты мне уже подарил Дар друида, — задумчиво морщит она лоб. — Разве можно получить еще один.
— Это не потребуется, — продолжаю я. — Индивидуальный Дар — по сути мутация. Аристократические роды культивируют свой Дар веками, и в процессе появляются побочные варианты. У телепатов свои мутации, у друидов — свои. Это не баг, а естественная адаптация. Мой Легион — тоже культивированный Дар Филиновых, только выросший под другие законы.