— Кому-то сегодня сильно не повезёт… — протянул мечник, задумчиво поигрывая пальцами на рукояти. — На что ставку делаешь? Мне кажется, сто пудов достанется Атлантиде. Она ближе всех к громарам — первой и попадёт под горячую руку.

— Не стоило ему говорить, что Даня стал регентом, — вздохнула Зела, и её обнажённые плечи опустились, будто под грузом предчувствия. Бер тут же шагнул к невесте и мягко приобнял её, притягивая ближе.

— Зел, да ты чего? — тихо сказал он. — Он бы всё равно узнал. Днём раньше, днём позже — какая разница?

— Эх, надо сообщить Даниле, — пробормотала Зела, уткнувшись лицом в его грудь. — Кажется, кое-кто собирался в Багровый дворец. Вот ты и расскажешь!

— Эй, так нечестно! — возмутился Бер. — С такими новостями я туда точно не хочу идти!

* * *

Мы с женами застыли. Прямо над головами расцветают десятки огненных шлейфов. Я стою во дворе, щурюсь, всматриваясь. Ну слава Астралу, хоть горит не весь Багровый дворец, только одна пристройка, невзрачный склад. Из пламени вырываются новые вспышки, громыхают залпы салютов, и небо раскрашивается разноцветными огнями.

— Что здесь творится? — крутит головой Светка.

— Ни на минуту без присмотра нельзя оставить, — строго замечает Камила, закутываясь в пелерину.

Синие Плащи уже тут — цепью оцепили периметр, окружили горящий склад, магией воздуха направляют потоки ветра, чтобы пламя не перекинулось дальше. Рядом шныряют горгоныши. Выводок порыкивает возмущенно.

Вижу Рвачей — тоже рыщут по двору. Да и Змейка сияет вся, как всегда после заварушки.

Змейка подходит первой, вся взъерошенная, довольная, хвостом едва не сносит ближайший фонарь. Улыбается самодовольно, глаза блестят.

— Мазака, выводок на стрраже, фака.

Быстро читаю воспоминания хищницы. Ну да, горгоныши молодцы.

— Хорошие мальчики и девочки, — соглашаюсь, и Змейка мурчит.

Из-за её спины выходят Ауст и Грандбомж. Второй, понятно, сразу пошел к горящему складу, да и не глядя нырнул в огонь.

— О-о-о… — опешила Лена.

— Ничего, как склад догорит, обратно соберется, — отмахивается Настя.

Я смотрю на Ауста:

— Что случилось?

Ауст как глава Синих Плащей отчитывается:

— Лазутчики, регент. Хотели проникнуть на территорию, — некромаг смотрит на бегущих к нам горгонышей. — Твои звери, эти Горгоны, первыми их заметили. Подняли тревогу, загнали в угол и поймали. Только вот склад с салютами загорелся вовремя загона.

Я перевожу взгляд на горящий склад, на клубы дыма и искры, поднимающиеся вверх, и усмехаюсь:

— Молодцы, горгоныши! — бросаю подбежавшим малышам размером с теленка.

В ответ одна из них с довольным ворчанием падает на спину, лапы кверху, хвостом машет в стороны, и начинает требовательно хрипеть, мол, «чесать немедленно». Тут же вторая, третья, четвёртая — вся стая дружно плюхается рядом. Жёны, конечно, не удерживаются: хихикают, присаживаются рядом, подняв юбки платья, начинают гладить их по животам и шее, шуршат чешуёй. Тварюшки урчат довольные.