Оставаться в булочной не имело смысла, поэтому я одним глотком допила кофе, расплатилась и глазами указала на тарелку с нетронутыми пирожными тому самому пацану в кепке не по возрасту. Здесь так принято — если клиент оплатил лакомство, а сам его не доел, он может подозвать кого-то из крутившихся рядом детей. А этот гвоздик со шляпкой не только догрызет выпечку, но и согласно уговору незаметно проводит меня домой, присматривая, не идет ли следом еще кто-нибудь. Только выйти надо сразу на ближнюю к поместью улочку, незачем мелькать подле вражеского крыльца.
Все шло по плану, я почти добралась до дома и предусмотрительно не стала ломиться в главные ворота. Проследила за «сменой караула», хмыкнула про себя — лица соглядатаев за прошедшее время успели примелькаться. Кивком издалека отпустила мальчишку в кепке — его доклад завтра передаст мне на словах Джон. И пошла себе тихонько в обход, к той самой дыре в заборе, через которую вылезла чуть больше часа назад.
Но, к сожалению, не дошла. Абсолютно внепланово сзади раздался топот сапог по мостовой. Обернуться я уже не успела, только заметила руку, вроде бы мужскую, потом перед глазами вспыхнуло что-то ослепляюще ярко, и…
Глава 47
— Хотел бы я знать, сударыня, почему вам не сидится дома и кому вы успели так насолить?
Голос показался мне смутно знакомым. Где я? Что случилось?
Сквозь вату, заполнившую череп, с трудом пробивались вялые мысли. Кажется, я шла домой… почти дошла. А потом…
Едва слышно застонав, я попыталась сесть. Мне даже помогли чьи-то руки и поднесли ко рту чашку — я ощутила холодное твердое прикосновение к губам и инстинктивно сглотнула. Вода! Какое блаженство.
Когда мне удалось проморгаться и сфокусировать взгляд, из темноты первым делом выплыло знакомое и порядком сердитое лицо господина Бонда.
Я моргнула. О, тот самый казенный экипаж. Я в нем как-то уже побывала.
— Это вы меня?.. Но зачем? — Голос звучал хрипло, словно воронье карканье.
— Я вас спас, сударыня! — возмутился сыщик, злобно фыркнув. — Мой долг — спасать любого жителя этой страны. Даже тех, кого покинул инстинкт самосохранения! Вы же осознаете, сколько явных и скрытых врагов у вашего супруга? И как опасны ваши прогулки без сопровождения слуг⁈
Я медленно пила воду из чашки, пытаясь собрать мозги в кучку. Так-с… Кажется, вышел грандиозный просчет.
«План Б» и «девчонка», с которой собирались начать, — это все не про Селестину. Скорее всего, племянница Кеннета пока никому не нужна. А вот Оливия, на которую завязана его жизнь, очень даже.
Вот же дура, господи прости. Опытный следователь, а два плюс два сложить не сумела. И что теперь?