— Недееспособен как мыслящая личность, — снова не удержался и влез Гаспар.
— Именно. И вроде бы все указывает на то, что изначально жертвой должен был стать король. Свидетели, видевшие все происходящее, искренне в этом убеждены.
— Как мы с Селестиной? — тут уж не удержалась и влезла я. За что получила осуждающий взгляд и потом согласный кивок от Кеннета.
— Именно. Постановщик, подозреваю, у обоих спектаклей один и тот же. Но дело в том, что его величество последнее время страдал от сердечных болей и каждое утро должен был принимать магически заряженные капли, которые ему приносил его лекарь. Вот только как раз в то утро лекарь запоздал.
Естественно, я тут же сделала стойку на столь явное совпадение, и Кен, заметив, как заблестели мои глаза, понимающе улыбнулся.
— Да-да, именно эта информация чуть не стоила двоим моим друзьям жизни. Но Айдон, рискуя, сумел донести эти сведения до меня.
То, что и мы при этом рисковали, Кеннет или не осознавал, или не считал достойным упоминания. А вот меня до сих пор потряхивало после нашего приключения в баре и от воспоминаний о том, как я изощрялась у дворцовых ворот, спасая Кена от чрезвычайного уполномоченного королевской канцелярии Далтона Бонда.
Кстати, если не придираться, хороший ведь мужик вроде… ответственный. За меня, опять же, искренне переживал. Может, попытаться ему глаза раскрыть? Ну не все же они тут замешаны в заговоре против моего Кена⁈
— И знаешь, кто задержал королевского лекаря?
Несмотря на загадочную полуулыбку, я чувствовала, что тема беседы моему мужу не очень нравилась. Еще бы, ведь они с принцем дружили!
Но самое страшное не то, что его обвиняют в покушении на королевских особ, а то, что принц действительно находится под воздействием заклятья. Которое, кстати, судя по описанию, очень похоже на банальную кому.
— Королева? — предположила я, даже не сомневаясь, что угадаю. Ну правда же, а ради кого еще мог задержаться королевский лекарь, спешивший к королю с каплями?
Судя по тому, как недовольно и многозначительно переглянулись мужчины, именно она.
— Младшему наследнику внезапно стало плохо. Его стошнило красноватой пеной, и ее величество запаниковала, — достаточно сухо перечислил основные факты Гаспар, пока Кен с мрачным видом цедил свой кофе. — Женщину можно понять. Она не отпустила лекаря до тех пор, пока ребенку не промыли желудок и не убедились, что малыш больше не выворачивается наизнанку.
— Понятно. — Я принюхалась и безошибочно нашла взглядом высокий кувшин, из которого пахло так же, как из мужниной чашки.
Муж заметил мой жаждущий взгляд, и через полминуты я уже наслаждалась горьковатым бодрящим напитком, вот почти точь-в-точь эспрессо, только с синим отливом.