Раздался оглушительный выстрел.
Тело Рейдена отбросило в сторону, он упал с ужасающим глухим звуком. Безжизненный, он скользнул по ступеням надстройки, оставляя за собой кровавый след. Она вскрикнула, протянув руку, но он проскользнул мимо и прямо в бурлящую воду.
Кларк развернул дымящийся пистолет в её сторону, вцепившись свободной рукой в дверной проём, чтобы удержаться на ногах. Прежде чем он успел выстрелить, Селеста разжала пальцы и соскользнула по палубе в воду вслед за телом Рейдена.
Ледяная, пенящаяся вода поглотила её. Неужели океан всегда был таким холодным? Голубое платье намокло, становясь тяжелым, как свинец, и тянуло её на дно. Дыхание перехватило. Она моргнула, осматриваясь в зелёной толще воды. Никаких следов. Она дрыгала ногами, путаясь в юбках. Всё было не так. Это человеческое тело было бесполезно в воде.
Лёгкие горели. Туфли слетели с ног. Она тонула. Тяжёлый пояс на талии тянул вниз, как мёртвый груз. Работая ногами изо всех сил, она сумела вынырнуть на поверхность. Ветер хлестнул по влажной коже. Она убрала мокрые волосы с лица и завертелась на месте. Где он? Ей хотелось кричать. Звать его. Она проклинала себя за глупое решение хранить молчание. Но что-то внутри не позволяло ей запеть. Она всё ещё боялась последствий. Сможет ли она использовать Песнь? Попытаться приманить его к себе? Вряд ли. Чтобы это сработало, он должен быть в сознании.«Он должен быть жив» , — прошептал маленький голосок внутри. Голосок, заставивший её поиски стать ещё более отчаянными.
Он не мог умереть. Она узнала ещё недостаточно.
Она судорожно вдохнула и снова нырнула в глубину, к уходящему на дно кораблю. И тут она увидела его. Под водой он казался пугающе зеленым. Его белая рубашка стала прозрачной. Он не двигался. По крайней мере, так показалось поначалу. У него был такой безмятежный вид, словно он пребывал в блаженстве. Но, присмотревшись, она поняла, что ошибалась. Он двигался, но лишь оттого, что корабль, уходя на дно, увлекал его за собой в водоворот. Селеста устремилась вниз, работая ногами изо всех сил. Пусть у нее больше не было тела, с которым она родилась — тела, созданного, чтобы с легкостью рассекать морскую гладь, — но она все еще была сиреной.
Она плыла глубже. Когда мешок с награбленным ударил ее по бедру, напоминая о себе, она сбросила его. Стало легче, движения стали точнее. Было бы еще проще, если бы она избавилась от платья, но времени не оставалось. Селеста не знала, как долго человек может продержаться под водой, но, судя по тому, как горели ее собственные легкие, у них почти не оставалось шансов.