Селеста понимала, что не должна получать от этого удовольствие. Что каждая секунда, проведенная с людьми, — это еще одна секунда боли для её матери и отца, ожидающих её возвращения. Каждый миг рядом с Рейденом делал его убийство всё более невыполнимой задачей. Кем она стала? Наслаждается его обществом, позволяет ему обращаться к ней с нежностью, в то время как сама замышляет перерезать ему горло.
И все же, возможно, она была счастлива так, как не была уже очень давно. Апельсин был восхитителен, и, глядя на город вокруг, она осознала, что люди создали всё это сами. Если бы она могла просто показать эти вещи своей матери, может быть, та тоже увидела бы, что люди не все одинаково плохи.
Запах цитруса всё еще держался на руках после того, как она съела последнюю дольку.
— Признаюсь, я разочарован, — произнес Рейден.
Селеста повернула голову и приподняла бровь, недоумевая, как он вообще может быть чем-то разочарован в такой момент.
— Это было совсем не так, как я представлял наш первый поцелуй.
Сердце пропустило удар, и она удивленно моргнула. Она не знала, что ответить.
К счастью, ей и не пришлось. В этот самый момент женщина с сияющими каштановыми волосами и глазами цвета морского стекла решительно зашагала через толпу прямо к ним. Её длинный бордовый плащ развевался на ходу. Люди расступались перед ней, словно океанские воды. Она поднесла руку к шляпе, слегка сдвинув её на глаза.
— Рейден Шарп. — Её голос был подобен лезвию, готовому пустить кровь.
Он напрягся, словно зверь, почуявший хищника. Затем его рука сжала руку Селесты — крепко, защищающе.
— Здравствуй, Валенсия, — процедил он, выпрямляясь во весь свой внушительный рост и увлекая Селесту за собой.
Алые губы Валенсии искривились в зловещей улыбке.
— Не притворяйся таким удивленным. Ты же знал, что я приду за тобой, после того как тыукрал мой корабль .
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
— Милое платье, — глаза Валенсии скользнули по Селесте.
Сирена вздрогнула. Внезапно шнуровка показалась ей слишком тугой. Больше всего на свете ей хотелось сорвать с себя всю эту одежду.
Пиратская королева улыбнулась, заметив её замешательство. Она выглядела именно так, как Селеста себе её представляла: элегантная и хищная. Ей было на вид около двадцати четырех циклов — слишком молода, чтобы быть матерью Рейдена, как та когда-то думала. К тому же, они были совершенно не похожи. От женщины исходило насилие, хотя при ней не было видно никакого оружия. Возможно, сама Валенсия и была этим оружием. Её взгляд, казалось, мог резать куда глубже стали.
Рейден развернулся, прикрывая Селесту своим телом и отвлекая внимание Валенсии от сирены. Тот факт, что Селеста когда-то верила, что Рейден — человеческий принц, теперь казался ей смехотворным. Ей стоило догадаться об этом в тот самый момент, когда она услышала, как он говорил о том, как «реквизировал» корабль для своей команды.