Никто не плакал.
Она была просто слабее их. И никакие тренировки, учения или уроки не помогали. Возможно, проблема была в ней самой. Её глупое, кровоточащее сердце — вот единственная причина, по которой она оказалась в этой переделке. Всё потому, что она не смогла равнодушно смотреть на смерть человека. А теперь она снова спасла его. Снова предала свой народ. И всё ради пирата-убийцы.
Слезы полились. Они всегда лились. И их она тоже не могла сдержать.
Может, стоит пойти спать? Она не хотела, чтобы Рейден увидел её такой, а он, скорее всего, всё равно спит. В конце концов, Насир велел ему отдыхать. Рейден посмотрит пергамент завтра. Тогда у неё будет свежий взгляд, чтобы осмотреть его комнату в поисках подсказок — что же это за секретное сокровище, ради которого он рискует их жизнями. Она проскользнула в свою каюту, надеясь, что это пространство её успокоит. Не помогло. Стены были слишком тонкими, он мог её услышать.«Будь сильной» , — приказала она себе. Задушенный всхлип сорвался с её губ.
Она была не сильна.
Еще один всхлип.
Она не владела собой.
Еще один.
И такими темпами она никогда не вернется домой.
За стеной, прямо рядом с ней, Селеста услышала тихий стук. Она замерла, прижав ладонь ко рту. Стук повторился. Она прижала руку к стене.
Еще один всхлип.
Еще один стук.
Она вздохнула и, наконец, постучала в ответ.
Тишина.
Затем…
Два стука.
Она шмыгнула носом, и в темноте промелькнула слабая улыбка. Она постучала дважды.
Три стука.
Разве ему не положено отдыхать? Она повторила ритм.
Четыре.
С тяжелым вздохом Селеста поняла, что ей всё же не удастся избежать встречи с Рейденом. На этом нелепом корабле не было никакого личного пространства. Она вытерла лицо рукавом. И прежде чем он успел постучать снова, Селеста вышла из своей каюты и сделала два шага к его двери.
Она постучала. Четыре раза.
Он открыл дверь.
— Моя героиня, — улыбнулся он.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
— Не смотри на меня с таким выражением лица, — сказал Рейден.
Селеста против воли рассмеялась. Он выглядел жалко. Совершенно жалко. И все же это ему шло. Казалось, глубокие тени под глазами и массивная повязка на руке делали его лишь еще более притягательным. Темные кудри были взлохмачены, словно он только что проснулся. Его гладкая кожа, хоть и стала бледнее обычного, все еще светилась в мягком свете мерцающих в комнате свечей. Он стоял в дверях, одетый лишь в мягкие свободные брюки. Мужской торс не смутил Селесту. Мужчины-сирены часто не носили ничего на груди, да и многие женщины, если уж на то пошло. И все же она отвела взгляд. Её глаза остановились на Адмирале, сидевшем на кровати, настороженном и готовом защищать хозяина. «Умный зверь» , — подумала она.