Оставайтесь здесь.
— А куда еще нам идти?
Она закатила глаза. Раз он достаточно здоров, чтобы острить, значит, достаточно здоров, чтобы продержаться на плаву до ее возвращения. Она нырнула и поплыла в сторону корабля. В шторме его не было видно, но она знала, где он. Без человеческого груза путь занял меньше времени. И прежде, чем она успела задаться вопросом, во имя Богини, что она творит, она была на месте.
Шторм бушевал не на шутку. Это уже не была та ленивая угроза, которую она помнила, а яростная, жуткая стихия, мстящая кораблю. Судно казалось крошечным рядом с вздымающимися волнами, обрушивающимися на его борта. Женщина на носу больше не выглядела так, будто она собирается взлететь. Теперь казалось, что она прикована к кораблю, обреченная разделить его судьбу. Страх внутри Селесты рос, и она отвела взгляд, чтобы поискать остальных людей. Но вода была слишком бурной. Ей потребовалось время, чтобы заметить их.
Ее руки метнулись ко рту. Желудок скрутило, когда она впервые в жизни увидела облик смерти. Люди дрейфовали вдоль правого борта, почти двадцать человек, покачиваясь в разъяренных волнах лицом вниз. Сирен нигде не было видно. Должно быть, они были под водой с остальными. От этой мысли живот скрутило еще сильнее. Она опоздала.
Вой прорезал шторм — собственная болезненная музыка, отчаянная и необработанная. Селеста искала источник звука, пока не нашла его. Длинноухое животное металось взад-вперед по палубе, скуля. Песню пели только для людей. Это существо не умело говорить. Не могло выдать существование сирен. Оно не поддалось заклятию. И теперь бедняга остался совсем один.
Волна ударила в борт, заставив палубу накрениться. Тонкие лапы животного подкосились, когда оно попыталось удержаться, но, поскользнувшись на мокром настиле, оно с визгом скрылось из виду.
Селеста вскрикнула и поплыла к кораблю, стараясь держаться подальше от тел. Она нырнула глубоко, набрала скорость, становясь все быстрее и быстрее, пока не вылетела из воды в воздух. Ее руки потянулись вверх, к перилам. Но как бы высоко она ни прыгнула, палуба была выше. Ногти скрежетнули по дереву, и она, соскользнув, рухнула обратно в воду.
Вынырнув, она обшарила борт. Должен же быть какой-то способ, по которому люди поднимаются на борт. Но Селеста не нашла ничего достаточно низкого. Если люди использовали что-то для сообщения с берегом, то сейчас этого не было. Может, они никогда не покидали корабль? Это имело смысл, учитывая их катастрофические навыки плавания.
Корабль сильно качнулся и начал заваливаться набок, прочь от нее. Она услышала, как животное завыло на скорбной ноте.