— Церковное крыло? Вы уже закончили формировать свою часть? — удивлённо спросил я и, выглянув из палатки, обратил внимание на выгружающихся из автобусов крепких молодцев в чёрных рясах и куртках. У каждого был стандартный набор пехотинца, включая бронежилет и каску. А ещё я, даже мельком взглянув на отряд капелланов, мог сказать: все они подверглись искажению, в той или иной мере.

— Слишком нагло, ваше святейшество, — мрачно сказал я, повернувшись к патриарху. — Вы забываете, что не только я могу определить степень воздействия диссонанса, но и мои люди.

— Ну так предупредите их, что не стоит слишком внимательно смотреть на солнце, иначе можно и ослепнуть, — всё с той же милой улыбкой проговорил патриарх. — Вам нужна помощь, мои братья её окажут. А заодно выявят тех, кто может к нам присоединиться без ущерба для армии и народа.

— Вы заставляете появляться в моей голове совсем нехорошие мысли… — проговорил я. — Например, о связях между православной церковью и сектой Сынов божиих. А ведь они устроили жуткие теракты в столице и не раз покушались как на высшее руководство, так и на простых граждан.

— С радостью сообщаю, что совместными усилиями мы с тайной канцелярией уничтожили все очаги появления этой заразы, — ответил Филарет, и, хотя улыбка не сходила с его губ, глаза были жёсткими и колючими. — С детьми господа покончено, это моя вам официальная позиция. Некоторые отщепенцы сумели сбежать, укрывшись в Европе, где продолжили свою вредную деятельность.

— Нам придётся как-то объяснить такое количество искажённых, пусть и слабых, — возразил я, понимая, что и для патриарха Орден стал лишь прикрытием, позволяющим проводить свою политику. — Это чревато большими проблемами в будущем.

— Поверьте, ваше высочество, проблем у нас хватит и без этого, — по-доброму заверил патриарх. — А по поводу объяснения… скольких вы успеете исцелить, пока их искажение не стабилизируется и не станет их новой нормой жизни? Сколько тысяч бедняг попадут в новую для себя реальность? И кто, если не церковь, сможет дать им утешение?

— Родные и близкие, если они смогут к ним вернуться, — ответил я, но Филарет лишь покачал головой. Спорить сейчас с патриархом было себе дороже, тем более что его помощь и в самом деле неоценима. Но у меня оставался вопрос, который решить мог только он. — Подождите три минуты, мне нужно закончить.

— Конечно, ваше высочество, — ответил патриарх и отошёл к капелланам раздавать приказы. Я же закончил с очередным пациентом, передав его дежурившему рядом Тарану, и, отряхивая кисти, попросил отойти от нас всех посторонних на пару метров, установил маскировочную сферу.