— Ей только об этом всем рассказать не забудь, — порекомендовал я. — Чтобы не возникло неловкой ситуации в ближайшем будущем. Максим?

— С тобой, даже не обсуждается. Чего ради я над этими инструкциями тогда ночами сидел? — усмехнулся Краснов. — К тому же я не забыл, как ты меня отмазал. Если от тебя оторвусь, шпики меня быстро в оборот возьмут. Если хочешь, можешь считать, что это сплошной грубый расчёт.

— Чё вы на меня уставились? — чуть не подавившись, проговорил Пётр. — Куда всё, туда и я. Да и вообще, я Сашке жизнь должен. Пока не отдал.

— Значит, единогласно? — усмехнулся я, откинувшись на стуле. — Ладно, оболтусы, будет вам баронская дружина. Если кого из своих взводов взять хотите, прямо так, что кушать не можете, поговорите с ними сегодня. Край — завтра. Суммарный боевой состав — двадцать человек. Из города уходить будем спешно, но есть несколько обязательных вещей, которые нам придётся сделать.

День до турнира. Усадьба Суворовых.

— Всё. Лечение моего присмотра больше не требует, — сказал я деду, зацикливая малый и большой круговороты праны и возвращая меридианы в нормальное состояние. — Несколько дней может быть повышенная сонливость. Аппетит уменьшится, но незначительно. В общем, я закончил.

— Такое чувство, внучок, что ты к чему-то основательно готовишься, — проговорил Мирослав. — И при этом старательно держишь это в тайне не только от чужих глаз, но ещё и от нашей собственной охраны.

— Можно подумать, что наша охрана хоть раз мне помогла, — усмехнувшись, ответил я. — Почему-то всегда приходится выкарабкиваться самому, так ещё и некоторых её представителей на загривке вытаскивать.

— Это не значит, что ты должен всё делать в одиночку, — покачал головой Мирослав. — Без верных людей ничего не получится. В одиночку даже с самым простым делом не справиться, не то что с чем-то серьёзным.

— С этим у меня тоже всё в полном порядке, верные люди есть, — усмехнулся я. — Просто они у нас не совпадают по списочному составу. Но это не беда.

— Не забывай, пожалуйста, что Строгонов — твой денщик. Не только водитель и телохранитель, но и главный ассистент, отвечающий за твою жизнь. И, не ставя его в известность о происходящем, ты не только усложняешь его работу, но и собственную жизнь ставишь в излишнюю опасность, — вздохнул Мирослав, облачаясь в халат.

— Прежде всего он не мой денщик, а слуга рода, — замявшись на несколько секунд, проговорил я. Если честно, уже несколько раз думал взять наставника с собой. Но каждый раз отказывался от этой затеи. Хотя надо признать, если бы не он, искажённый меня бы сожрал, а до этого прибили бы штурмовики. Я его, конечно, тоже выручал тогда не раз, но пока счёт был не в мою пользу.