— Нет, не после того, что вы сделали. Не рискуя собственными детьми каждую секунду, — покачал головой Пётр. — Однако предатели и в самом деле ближе, чем мы думали. Слишком близко. Вполне допускаю, что это один из малого совета. А возможно, и не один.
— Я выполню любой приказ, что идёт во благо империи, — тут же отчеканил Мирослав. — Только скажите.
— Я знаю, я знаю… — успокаивающе проговорил государь, сделав характерный взмах руками. — Но в войсках, а главное, среди офицеров начались брожения, которые могут привести к катастрофе. И если вы их не приструните, придётся начать чистки. Как в начале прошлого века.
— История циклична, вот только сейчас не та ситуация, — покачал головой Мирослав. — Государь, прошу прощения, если мои слова покажутся вам слишком резкими, но, возможно, вам пора прекратить жалеть свою сестру и её сторонников. Империя превыше всего, мы все служим её интересам, и вы, государь, в первую очередь.
— И что ты предлагаешь? Массовые казни? Расстрелы и лагеря? — грустно усмехнувшись, спросил Пётр.
— Нет, государь. Намного хуже. Скажите людям правду. Всю правду, — ответил генерал. — То, что нашли наши слуги, те ужасы, что они обнаружили во время чисток и борьбы с «Детьми Господа». Передайте это князьям, остающимся на стороне вашей сестры, и у неё не останется союзников.
— … ты хоть представляешь, о чём просишь? — гневно спросил император. — Пошёл прочь!
— Как прикажете, ваше величество, — склонился в глубоком поклоне Суворов и, опираясь на трость, вышел из кабинета, оставив государя одного со своими мыслями.
«…они же её просто линчуют…» — подумал Пётр, снова глядя на ночной город. Но старик прав. Если это продолжится, никакого вторжения со стороны не нужно будет. Ещё пара таких инцидентов, и страной заинтересуется общество Теслы. А там и до силового умиротворения недалеко.
Нет, отдавать документы слугам сестры нельзя. По крайней мере, не всем. Но вот некоторым, особо приближённым, так, чтобы они пришли к ней с вопросами, а главное — пришили к Гавриилу… может получиться. В идеале, чтобы они эту информацию «добыли» сами. С огромным трудом и потерями… что ж, у него есть человек, которому можно подобное поручить.
Глава 16
— Вставайте, граф, рассвет уже полощется, — произнес Василий, выдергивая меня из медитации. Собственно, встал я уже полчаса как, но мне нужно было время, чтобы примириться с новой действительностью. А главное — прочувствовать изменения в собственном организме и работе чакры «звука».
Пожелание Коловрата исполнилось, и меня таки обстреляли из пулемета. Жаль только это было не в контролируемых условиях на полигоне, а в реальном бою, где я вполне мог погибнуть из-за секундного промедления или на ту же секунду меньше проработавшего щита. Хотя, возможно, именно это и послужило причиной столь мощного сдвига в работе чакры.