— Понял, сделаем, — кивнул Строгонов, отходя в сторону. — Стража! Носилки сюда! Быстро!
— Этого надо взять под стражу, чтобы не сбежал, как предыдущий, — сказал я, показав на медика. — За покушение на жизнь аристократа.
— У вас нет никаких доказательств! — снова взвизгнул мужчина попятившись. — Орден неприкасаем!
— Так, ты не орден, — усмехнулся Василий. — А обвинение в покушении на наследника рода как раз подпадает в пункт о нарушении договора между боярскими родами и орденом. Теперь ты наш.
— Яд — это лекарство… лекарство, — пробормотал, отступая от окруживших его охранников, врач, а потом быстро сунул себе что-то в рот и почти сразу рухнул на пол, забившись в судорогах.
— Чёртов фанатик, — поморщился Строгонов, отходя от стихшего через минуту тела. — Он мёртв.
— Туда ему и дорога, — выдохнул я поднимаясь. — Но общего расследования это не отменяет. Если в этом замешан весь орден — нужно убедиться.
Глава 5
— Как он? — спросил я, когда семейный врач Суворовых вышел из операционной.
— Жить будет, — ворчливо ответил доктор. Как я и предполагал, может, он и ограничивал лечение Мирослава, но отказывать в операции совершенно, по его мнению, невинному парню не стал. Все же врачи не были ублюдками, а оголтелые фанатики встречались в любой области, главное на них просто не натыкаться.
— Уже хорошо, — выдохнул я, не стараясь вдаваться в подробности.
— Могу я, по крайней мере, узнать, что заставило вас везти его сюда, а не в ближайшую клинику? — не удержался от вопроса доктор. — Это было бы и проще, и быстрей. Я уже не говорю о том, что до операции он дожил просто чудом. Если бы кровотечение открылось раньше…
— Нет. Но я благодарен вам за выполнение клятвы Гиппократа, — ответил я, поднимаясь со скамьи, на которой ждал последние полчаса.
День в целом не задался. Сразу после прилёта шлюпа мы погрузили Герба и отправились прямиком в поместье. Я сопровождал Гену, чтобы убедиться, что он останется жив до допроса, а Василий разбирался с камерами и записями на кристаллы, чтобы сформировать доказательства.
Романа в доме не было, к деду с пустыми руками мне идти не хотелось, вот и пришлось ждать, пока закончится операция. К счастью, Строгонов обернулся быстрее, хотя довольным его назвать было сложно. И теперь, дождавшись положительного результата, я вместе с денщиком и наставником, наконец, отправился к Мирославу.
— И что же вас так задержало? — спросил с едкой ухмылкой граф, сидящий в рабочем кресле, обложенный подушками, в домашнем махровом халате поверх мягкого полуделового костюма. Странная смесь, хоть я и понимал её происхождение. — Внук уже почти четыре часа дома, а ко мне всё никак не заглядывал. Или я у тебя в опале?