Петроград, первое отделение тайной полиции.
— … таким образом, по результату анализа ДНК, можно говорить, что с восьмидесятисемипроцентной вероятностью это именно он, — закончил доклад молодой парень, развалившийся в кресле перед начальником. Здесь, в этом кабинете, субординация была совершенно неважна, пока ты в состоянии выполнить приказ.
— Какие ещё варианты? — спросил шеф. — Племянник? Тайный бастард?
— Нельзя отрицать такого варианта, но из-за недоступности материалов императора мы были вынуждены провести анализ останков его деда, — ответил парень и тут же поправился: — Предполагаемого, конечно же. Однако я видел его в бою, и видел лично. Думаю, это всё же он.
— Потерянный цесаревич, очнувшийся ото сна, словно принцесса в сказке, — усмехнулся шеф. — Сумеешь сблизиться? Войти в ближний круг?
— Мне показалось, что это довольно просто. Стать соратником, прикрыть спину, — пожал плечами парень. — Но есть сложности другого плана. На него уже положили глаз и княжна Лугуй, и новая княжна Морозова. К тому же, по непроверенным слухам, именно из-за его статуса Мария решилась надавить на отца.
— Чуют породу девочки, — усмехнулся начальник. — В иной ситуации я бы попросил тебя переключить одну из них на себя. Но… так даже лучше. Если разыграть эту карту верно, то лет через двадцать ты займёшь моё место, а наш род возвысится и, наконец, сможет выйти из тени.
— Как скажешь, отец, — поднявшись с кресла, улыбнулся Константин, а затем, вспомнив, сел обратно с мрачным лицом. — Есть ещё одно осложнение, но, возможно, исключительно временное или случайное. Кто-то, кроме нас, брал анализы с праха императора. Дважды за последние три месяца…
Глава 25
— Какого фига он тут делает? — спросил я у Строгонова, мрачно разглядывающего моего будущего соперника. Яков был из тех княжичей, что опозорился в допросной, показав себя слабовольным трусом, но сейчас он, кажется, был настроен на победу. — Его же вроде под домашний арест сажали и выслали из столицы?
— Не знаю, Сашка, но всё это очень подозрительно. Вроде как он участвовал под другим именем, скрывался. Но в академии благородных девиц его никто не видел, — ответил Василий. — Скорее всего, это подстава. Кто бы ни играл против нас, мотивы могут быть самыми разными. Не рискуй лишний раз, но и на рожон не лезь. Если он вдруг скончается во время схватки — придётся туго. Это прямой конфликт родов.
— Значит, не скончается, — уверенно проговорил я, забираясь в доспех. — Главное, проверьте его на наркоту, чтобы как с Геной не закончилось.
— Хорошая идея. Только запоздалая… — проговорил Строгонов, нахмурившись. — Если подозреваешь подставу со стороны ордена, то и на честное расследование, и на анализы можешь не рассчитывать.