Где логика тренера ломалась — я совершенно не понимал. Все слова, которые он говорил, — верны. Это и так ясно. И всё же у меня никак не получалось создать правильный и достаточно ёмкий диск. А без него оставалось только надеяться на ловкость и скорость, отбивая атаки противника мечом и пробойником. Ну и фехтуя левой рукой…

— И вот с такими навыками мы должны его пустить на турнир? Да он же меня опозорит перед учениками и коллегами! — вспылил Симеон после очередного безрезультатного тренировочного раунда.

— Ну, если считать, что он выдержал почти минуту против тебя, а ты пользовался и когтями, и всеми плоскостными конструктами — более чем впечатляет, — заметил Василий, по-дружески похлопав его по плечу. — Но поводов ликовать я тоже не вижу. Уровень владения прессом у тебя на второй-третий курс высшей военной академии. С остальным — полный швах, и ситуацию надо править.

— Может, попробовать по-другому? — вдруг поднял на меня усталые глаза Симеон. — Ты когда пресс освоил?

— Эм, — я в задумчивости прикрыл глаза. — Сразу после инициации, когда на меня напала искажённая тварь.

— Ясно, значит, сильное душевное потрясение вместе с жизненной необходимостью, — задумчиво проговорил Коловрат, и если с первым утверждением я ещё мог поспорить, то вот второе попало в самую точку. Не сумей я тогда каким-то чудом вызвать пресс, остались бы от меня только ножки да рожки.

— А что, если расстрелять его из пулемёта⁈ — неожиданно предложил наставник.

— Боюсь, его сиятельство такого самоуправства не оценит, и тебя даже полиции передавать не будут, на месте казнят, — ответил Василий, удивлённо посмотрев на старого товарища. — Хотя меня это от головной боли избавит. Даже от двух разом, так что я, можно сказать, этого предложения не слышал. И вообще, когда ты подобное затеял — я находился на другом конце Петрограда.

— Значит, в принципе одобряешь? — довольно потирая ладони, проговорил Симеон. — Ничего, кадет, я тебя ещё научу родину любить. Пойдём!

— А может, завтра? После того как результаты отборочных матчей станут известны? — предложил я.

— Ну да… забыл совсем, — поморщился Коловрат, откладывая гениальную идею на потом. — Ладно, со щитом всё более или менее понятно. Осталось придумать, как заставить тебя использовать диск… Тяжёлая задача… так, чтобы тебе пришлось использовать узкое, но достаточно протяжённое пространство.

— Если что, я этого не предлагал, но как насчёт медленно опускающейся гружёной платформы. Так чтобы он её поднимать мог, только попадая по какому-нибудь рычагу, за стеллажами. И пресс не пройдёт, и конструкты придётся использовать, — в задумчивости проговорил Строгонов.