— Благодарю. Подскажите, какие места мы можем забронировать для встреч? — уточнил я, забирая одежду.

— Интересуют публичные или закрытые локации? — тут же спросила девушка.

— Хмм… сложный вопрос, — проговорил я, прикинув варианты в уме. — Пожалуй, звать князя Долгорукого в мои апартаменты будет излишним, хоть они и шикарны. Так что — закрытого типа, но в публичном месте. Всё же встреча официальная. А насчёт двух других даже не знаю. Я с ними пока не знаком.

— В таком случае во избежание конфликтных ситуаций я бы посоветовала все три встречи провести на втором этаже, в оранжерее. Там есть полузакрытая локация за искусственным водопадом, — воодушевлённая тем, что с ней советуются, предложила девушка. — Шум воды заглушит любую речь, но при этом локация достаточно открытая, что не позволит начать драку или покушение.

— Учитывая, что госпожа Шайтанская пообещала отсутствие конфликтов и провокаций в стенах её заведения, надеюсь, предосторожность окажется лишней, — проговорил я, внутренне поморщившись. — Но за фонтаном, так за фонтаном. Верно ли я понимаю, что встречи организуются через вас?

— Да, господин, — улыбка девушки вновь стала деловой и нейтральной.

— В таком случае прошу согласовать встречи с промежутком в два часа, просто на всякий случай, — проговорил я, прикидывая варианты в уме. Если всё пройдёт гладко — закончим быстрее, и останется время на поздний завтрак и обед, если возникнут сложности — ничего не поделать. — Приём пищи здесь регламентирован, или есть места со свободным доступом?

— В оранжерее как раз кафе, организованное девушками из третьей группы, — ответила Надежда, и меня по сознанию царапнуло то, с какой небрежностью она это произнесла. — В основном там сладкое, но можно заказать и богатую белком пищу.

— Спасибо. Тогда прошу связаться со всеми интересантами. Первого, пожалуй, князя Долгорукого. Но, если он не может в ближайшее время, тогда с любым другим. Благодарю.

— Не за что! Это моя обязанность! — довольная проделанной работой сказала Надежда и тут же удалилась из комнаты, а я отправился в душ и переодеваться. Учитывая сжатые сроки, Шнипельсон сделал просто невозможное. Костюм сидел как влитой, нигде не жал, никаким движениям не мешался, казался приталенным и при этом скрывал кобуры на поясе, оставляя для вида только свисающий чуть ниже резонансный кортик.

Выйдя на балкон, я на всякий случай активировал оружие, влив в него прану через чакру «звука». Результат вышел неожиданным. Видно, я привык к тренировочным саблям, чьё лезвие шире и значительно длинней. Тут же плоскость буквально вырвалась из кончика клинка ещё на двадцать сантиметров, а под конец стала нестабильной и чуть расплывчатой даже в моём виденье.