— Напоминаю, что в палатах запрещено применять дар! — громко сказала стоящая у меня за спиной администратор.

— Ах, как жаль, — хмыкнул я, повернувшись к спящему. — А где у него амулет?

— Мы временно забрали их на хранение во избежание злоупотребления силой резонанса. Спящие могут активировать её случайно, — проговорила администратор.

— И все они, как один, подписали с вами договор на лечение? — на всякий случай ещё раз спросил я.

— Конечно, мы никого не удерживаем здесь насильно, — ответила девушка, чуть вздёрнув носик.

— Это очень важный момент, — кивнул я, положив пальцы на голову спящему пациенту, рядом с которым сидел. Судя по его угнетённым меридианам, парню вкачали нехилую такую дозу снотворного, а самое паршивое, что сделано это было несмотря на общее переутомление и истощение организма. В результате почки и печень справлялись с большим трудом и работали на пределе.

К счастью, я мог на это повлиять, с помощью собственной праны активизировав его нервные центры и временно подавив действие снотворного на мозг. Дыхание пациента стало учащённым, более поверхностным, веки задрожали, а через несколько секунд он дёрнулся всем телом и, вскрикнув, открыл глаза.

— Ай! — подскочив, отпрянула администратор. — Что вы сделали? Запрещено использовать силы в клинике!

— Заткнулась, быстро! — гаркнул я, заставив охранников шагнуть вперёд. Но им преградили дорогу Строгонов и Ангелина, в руках у которой тут же появился резонансный кортик. Администраторша побледнела и подалась назад, охранники взялись за оружие, но я не собирался доводить до перестрелки. По крайней мере, пока.

— Опустите оружие, или умрёте, — приказал я, и охранники, разом осунувшись, выпустили автоматы из рук. — Вот и отлично. Привет, помнишь меня?

— Да, — хрипло ответил парень. — Вы вытащили нас из плена и сняли ошейники.

— Всё верно. Но, похоже, я вас подвёл, и из одного плена вы попали в другой, хоть и добровольный. Скажи, ты помнишь, как подписывал какие-то бумаги, позволяющие ордену Асклепия забрать у тебя резонатор и удерживать в палате насильно? — спросил я.

— Что? Нет, я такого не подписывал! — тут же возмутился парень. — Они врут, не было такого!

— Вы вводите пациента в заблуждение… — попыталась встрять в разговор администратор, но её ко мне не подпустила Ангелина.

— Я не подписывал никаких бумаг, — устало проговорил парень, а затем снотворное взяло своё, и он снова отключился, продолжая что-то бормотать.

— Пациент под седативными препаратами и просто не понимает, о чём говорит, — вмешалась представительница ордена. — Любой суд скажет, что показания такого человека недействительны.