— Если мы собираемся выбраться из этой передряги, лучше двигаться вниз по склону, а не вверх, к границе, — заметил Строгонов, убедившись, что, кроме меня и Ангелины, его возражений никто не услышит.

— Нам нужно удостовериться, что князь Давид мёртв, — сказал я не оборачиваясь.

— Я могу это сделать сам, в одиночку, — снова попробовал отговорить меня от плана Василий. — Нужно отходить, и как можно скорее.

— Над нами сейчас больше десятка вражеских кораблей, — всё же решил я объяснить свои планы подробней. — Пока мы внутри пожара, огонь и дым обеспечивают нам прикрытие как от тепловизоров, так и от обычных камер. А если мы всей толпой попробуем уйти вниз, они просто ударят по площади артиллерией, и я не уверен, что мы такое переживём.

— Тогда логичней разделиться тройками и уходить от места аварии в разные стороны, — сказал Василий, и тут же сам понял, в чём проблема. — Вот только мы у самой границы, и нас ждали, а небольшие группы могут выловить даже обычные войсковые подразделения при поддержке техники.

— Именно, — кивнул я, огибая огненную лужу, идущую вдоль звериной тропы. Когда-то давно здесь прошёл оползень, создав естественный перепад высот и разделив растительность небольшим овражком, что и позволило нам обойти пожар по самому краю, не погружаясь в клубы чёрного дыма.

Окажись на нашем месте стандартная команда перехватчика, мы уже были бы мертвы. Гарантированно. Нет, понятно, что тогда бы мы, скорее всего, действовали не в одиночку, а в составе общевойсковой группы или эскадрильи. И, обнаружив превосходящие силы противника, просто отступили бы, предоставляя сражаться кораблям первой линии — тяжёлым штурмовым фрегатам. Таким же, как разносящий всё над нами гнев Аллаха.

Но и у нашего положения были явные плюсы. Я сумел отразить несколько выстрелов, которые должны были с запасом уничтожить судно. Замещавшие техников-инженеров бойцы первого штурмового взвода выбрались из пожара без потерь, и даже раненых, благодаря щитам, не было. Все имели при себе какое-никакое оружие, а Таран и Строгонов даже надели кирасы.

Ну что я могу сказать? Я не мудрый, я умный. Как не попадать в трудную ситуацию — пока не понял, но зато, встряв, смогу найти из неё выход.

— Снижаются, — предупредила Ангелина, но даже если бы она промолчала, не заметить гигантский, пролетевший прямо над нашими головами корабль, было почти невозможно. Турбины двигателей гнали такое количество воздуха, что за кораблём затухшие было очаги пожара вспыхивали с новой силой. — Нас ищут?

— Нет, идут на снижение и, похоже, к той же цели, что и мы, — проговорил я, глядя в направлении, куда садился фрегат. — Мы должны если не обогнать их, то хотя бы успеть до взлёта. Поднажмём!