— Я это уже слышал. Хорошо. Представим на секунду, что я соглашусь со всеми вашими решениями, — вздохнул я. — Что вы хотите.

— Но ты не согласишься? — криво усмехнувшись, спросила Екатерина.

— После того, что я видел, путешествуя по стране? — удивленно посмотрел я на императрицу. — Конечно, нет! Вы же ее в гражданскую войну ввергли, чуть окончательно не развалили! У вас же весь юг откололся, и Кавказ чуть следом не ушел. Это не говоря уже о сотнях и тысячах бесполезных смертей из-за ваших противоречий.

— Ни одна смерть не была напрасной! — гордо проговорила Екатерина. — Люди до последнего руководствовались своей честью и совестью, отстаивая данные мне по праву венец и державу.

— По праву брака? Может быть, — кивнул я и хотел было уже возразить, когда понял, что этот спор — всего лишь продолжение другого, который, скорее всего, разгорался между братом и сестрой еще несколько лет назад. Такие семейные распри могут тянуться всю жизнь, начавшись с мелкой обиды. Вот только мне было совершенно не интересно в них участвовать.

— Договаривай, — серьезно посмотрев на меня, сказал Петр.

— Нет. Я передумал. И теперь мне наплевать, чего хотите вы, — сказал я, собравшись. — Дядя, у тебя есть дочь и возможность удержать империю в одном кулаке, хоть и не твоем. Я соглашусь на нашу свадьбу с Марией, если ты присягнешь мне на верность и будешь отстаивать интересы империи и рода Романовых. Матушка, я поддержу притязания твоего ребенка на наследие Демидовых и сумею защитить тебя от позора из-за связи с культом «Детей Господа», если ты согласишься признать меня перед узким кругом высшего боярского совета не только сыном, но и наследником.

— А иначе что? — первым спросил Петр. — Будешь гнуть свою линию? Попробуешь захватить престол силой?

— Зачем? Нет, я просто не буду на него претендовать, но и не поддержу никого из вас. Пройдет чуть меньше полугода, пока вы снова не разосретесь и все окончательно не развалится, — пожал я плечами. — Придется, конечно, собирать осколки страны по кусочкам. Может, даже договариваться с иностранными оккупантами, но вы потеряете все. Включая жизнь. А если особенно не повезет, то и жизни своих детей.

— Что, после нас хоть потоп, так рассуждаешь? — зло бросил Петр. — Думаешь, Россия без тебя развалится и настанет конец света?

— Вы уж простите, дядя. Но вы за окно давно выглядывали? — спросил я, усмехнувшись, из-за чего действующий император помрачнел еще больше. — Враги открыли врата и чуть не уничтожили столицу. Если бы не своевременная помощь, мы бы разговаривали на руинах, а не во дворце. К слову, как ваша супруга это перенесла?