— Фу! — поморщилась Ряжская. — Илья Николаевич!

— Так не в буквальном же смысле, — ухмыльнулся олигарх. — В переносном. Так-то я женщин люблю. Да, Сашка, мне тут одну фотографию сегодня показали, при ней статья имелась…

— Илья Николаевич, вы вроде сказали, что мне будет положен гонорар, если я ворожея прибью?

— Ворожея? — переспросила Ольга Михайловна. — Это он так правильно называется, выходит?

— Да, — подтвердил я. — Так именуется его узкая специализация. Так что с гонораром?

— Почему нет? — подтвердил Носов. — Любой труд должен быть оплачен.

— Тогда купите мне «Московский вестник». А потом я его сожгу на хрен! Вместе со всем персоналом! Или как там у них трудовой коллектив называется?

— Газета сама наверняка не очень дорогая, так, пятачок пучок, — задумчиво произнес олигарх. — Здание подороже, но через мэрию я его прикуплю, есть у меня там в департаменте горимущества человечек. А вот замять тему поджога в центре Москвы, да еще повлекшего за собой гибель людей, — это сложнее. Сейчас с этим строго. Нет, решить можно все, но там крайне серьезная сумма выйдет. Дело резонансное, государевых людей к нему подключать, и каждому нужно заслать. А ведь еще есть те, кто не берет, с ними тоже надо как-то договариваться.

— Все так, — качнул головой Ряжский. — Да хоть наше происшествие возьми. Вроде все келейно случилось, без особого шума, все свои вокруг были, и все равно столько пришлось отдать! Причем пока только аванс взяли, основную сумму после закрытия дела придется засылать.

— Может, только здание спалишь? — предложила мне Ряжская. — Без людей? Ночью, к примеру. Тогда все куда проще станет. По традиции спишут все на проводку, да тамошнему «пожарнику» условный дадут. И у тебя на душе греха не будет. Там же не все виноваты, а только журналист да фотограф.

— А им мы ноги-руки переломаем, — вставил свои пять копеек в разговор Саша. — Чтобы всякую чушь не мололи в печатном виде. Или вообще на инвалидность переведем.

— Да шутка это! — вытаращил глаза я, поняв, что они сейчас вполне серьезны и не видят в моих словах ничего такого особенного. — Шутка. Не надо никому ничего ломать. Я с ним сам разберусь.

— Бедный журналист, — усмехнулся Саша. — Лично я на его месте выбрал бы сломанные ноги.

— Как скажешь, — равнодушно передернул плечами Носов. — Главное, ты белозеровского гаденыша мне придуши.

— Да, о деньгах, — вспомнил я. — Что там с моим процентом за лесопилку и все остальное? Сделка-то давно уже прошла.

— Лесопилка? — оживилась Ряжская. — Не та ли, что была мне обещана, а? Каюсь, грешна, забыла про нее совсем. Но это не повод выкидывать меня из сделки, по которой уже были достигнуты договоренности.