— В первый, — возразил я.
— Просто мне ваше лицо знакомо, — пояснила она. — Мы точно встречались раньше. У меня не очень хорошая зрительная память, но вас я наверняка видела.
— Просто у меня внешность типовая, — отвел глаза в сторону я. — Один из многих миллионов, так сказать.
— Может быть, — покладисто согласилась она. — Вот мы пришли.
Мы остановились у кабинета с мощной дубовой дверью, не очень монтирующейся с остальными прозрачно-стеклянными особенностями офиса.
Подумав мгновение, я решил не стучать, а просто зайти внутрь. И по сути, поступил правильно. Это ничего бы не изменило, что так, что эдак, меня все равно скрутили бы сразу после того, как я переступил порог, а после резко, до хруста, вывернули руки.
Глава 9
— Саша, я была против, — немедленно заявила бледная как смерть Ряжская, сидевшая в глубоком кожаном кресле. — Но моего слова оказалось недостаточно.
— Что печально, — выдавил из себя я. — Но — верю. Все же я вам намедни жизнь спас, так что могу рассчитывать на небольшую благодарность в виде заступничества.
— Которую она чуть из-за тебя и не потеряла, — уточнил Павел Николаевич, расположившийся во главе массивного стола ручной работы. Я такие видел пару раз, когда в серьезные организации от банка ездил. Дорогая штука.
— Мы вроде это уже обсужда… — закончить фразу я не сумел, поскольку заорал от боли. Крепыши, которые держали меня, подчинились жесту нового начальника охраны и крутанули мне руки так, что аж жилы затрещали.
— Станешь говорить, когда тебя спросят, — погрозил мне пальцем он. — Или будет бо-бо.
— Что за штампы? — не удержался я от реплики и тут же о ней пожалел. Нет, правда больно.
Надо было через улицу в башню «Меркурий» идти, тогда бы Жанна со мной наверх поднялась. А так залипла помогайка в афимолловских магазинах, причем наверняка надолго. И невдомек ей, что тут меня калечат.
Но вообще совсем Ряжский из ума выжил. Курочить человека вот так, белым днем, в центре города, в собственном офисе, когда в паре шагов отсюда куча клерков с серьезными лицами сидит, имитируя бурную деятельность? Мне такое даже в голову прийти не могло. Особенно с учетом того, что мы в последний раз расстались пусть без приязни друг к другу, но и без особой вражды. По крайней мере, такой, за которую руки выкручивают. Правда, Жанна недавно предупреждала меня о том, что Антон, который сейчас стоит напротив меня, воду мутит, но я надеялся на то, что Ряжский мужик неглупый, горячку пороть не станет.
И вот еще вопрос — где Толик? Где этот буревестник московских дорог? Почему не здесь? Когда выберусь из этой переделки, устрою ему разнос по полной. Вернее, если выберусь.