Слушая эту звонкую трескотню, я даже и не заметил, как провалился в сон. И что особенно здорово, на этот раз мне ничего не снилось. Совсем ничего. Потому, вероятно, я и проспал довольно долго. Проснулся, правда, ни к селу ни к городу, тогда, когда в окно полезли ранние серые предутренние сумерки. Причиной этого стали крайне неприятные ощущения, возникшие после того, как я во сне попытался повернуться. Прямо как иглой ткнули, да еще в такое место, что стыдно сказать. Сон как рукой сняло.

— Да елки-палки! — пробормотал я, приподняв одеяло и глянув под него. — Вот же ты зараза, Зоя!

— Кто такая Зоя? — поинтересовалась Жанна, которая, как оказалось, уже вернулась обратно в больницу и расположилась на небольшом диванчике, который входил в меблировку палаты. — А? Я чего-то не знаю?

— Зоя — медсестра, — раздраженно пояснил я. — И она мне вон катетер воткнула в причинное место, хоть я и просил без него обойтись. Поверь мне, ощущения сильно так себе.

— Может, так надо, — заступилась за сотрудницу клиники моя помощница. — Может, ей Вагнер велел его тебе туда воткнуть? Ей сказали, она сделала. И вообще, раз ты тут, то лежи, лечись. Хоть раз по-людски это произойдет, а не самопально. Я как вспомню Прагу, когда тебе ведьма бок латала, так дрожь по телу проходит.

— У тебя нет тела, — заметил я.

— А дрожь есть, — парировала девушка. — Вот и представь, как меня пробирает.

— Ты Толика нашла? — перевел я тему разговора в другую плоскость, а после цапнул с тумбочки бутылку с водой. — Или нет?

— Нашла, — Жанна встала с диванчика и подошла поближе. — Саш, он не виноват.

— Для начала я хотел бы сам с ним пообщаться, — напившись от души, сообщил ей я. — А после, по итогам беседы, решу — виноват, не виноват.

— Не получится, — мотнула головой моя помощница. — Он не может покинуть дом Ряжских.

— Это как?

— Вот так, — Жанна присела на кровать. — Он там заперт. Внутри дома перемещается как угодно, а наружу выбраться не в состоянии. Ни через дверь, ни через стены, ни даже через каминную трубу.

— Очень любопытно, — проникся я. — Давай-ка поподробнее рассказывай.

Как выяснилось, Жанне крепко повезло. Она, как мы и договорились, первым делом рванула в дом супружеской четы Ряжских. Слава богу, что перед тем, как войти в здание, она, словно по некоему наитию свыше, сначала описала круг вокруг него, в результате чего увидела в одном из окон отчаянно жестикулировавшего Анатолия.

Увы, но пообщаться с ним вербально у Жанны никак не получилось, но и знаки о многом рассказали. В первую очередь о том, что лезть моей неживой подруге в дом не стоит, он теперь ловушка для таких, как она. Войти можно, выйти нет. Во-вторых, непосредственно мне стоит поберечься, поскольку негодяй Антон склонил-таки своего нанимателя к мысли, что я лишний в списке живущих на этом свете. И в-третьих, то, что он, Анатолий, жутко хочет выбраться на волю.