— Знаю, — вздохнул Калинин. — Мне даже стыдно потом наверняка будет, можешь не сомневаться. Нет, правда будет. Но если я такой шанс упущу, то жрать себя куда сильнее стану. Ладно, давай так, твоя… А она тебе, кстати, кто? Только если ты с ней еще и трахаешься, то лучше про это не говори, хорошо? Моя нервная система подобного может не выдержать.

— Она моя помощница, — пояснил я. — Секретарь-референт.

— Ты все-таки страшный человек, Смолин, — вздохнул Стас. — Нет, реально. Мертвая секретарша — это, конечно… На кой я с тобой познакомился, а? Хотя, с другой стороны, все, что ни делается, все к лучшему. Так вот, твоя секретарша четыре раза оказывается в том месте, которое я ей укажу, и в то время, которое будет мной названо, слушает все, что там говорится, и потом передает это мне. Ну, точнее, тебе, а ты уже мне. И все, мы в расчете. Отметь, четыре раза, а не пять. Дисконт! Лучшее предложение месяца. Ну и сегодня я выложусь по полной, если надо, девку эту расколю, даже не сомневайся. Она все, что знает, выложит. И что не знает, то тоже расскажет

— Какую девку? — тряхнул головой непонимающе я.

— Марту, какую еще, — пояснил Калинин. — Нутром чую, что она в теме по самые уши. Серебряного она не валила, это факт, но знать про убийство точно знала. И жива, заметим, до сих пор, хотя по всему ее должны были грохнуть. Во-первых, она более легкая добыча, во-вторых, парней ее смерть должна была вывести из чувства равновесия, а после заставить землю рыть носом. Они хоть и малахольные наверняка, но какое-то мужское начало в них должно остаться, верно? Которое заставляет упереться рогом и не сбежать куда подальше, почуяв, что жареным пахнет. Да и жарил этот Мотя ее, скорее всего, что тоже лишний повод ее к финишу привести. Мало ли что после секса он ей наболтал? Мы все после него разговорчивы безмерно. А она жива-здорова. Почему?

— Так себе аргументы, — с сомнением протянула Жанна. — Неубедительно.

— Короче, не бери в голову, — продолжил Стас. — Тебе, кстати, вообще конкретно чего нужно узнать? Какова конечная цель? Я как-то даже и забыл про это спросить с самого начала.

— Найти призрак Серебряного и его грохнуть, — ответил я, понимая, что теперь мне Калинина уже ничем не удивить.

— Грохнуть — это ты сам, — тут же заявил он. — Тем более что я его все равно не увижу. А найти — найдем, здесь работа по моему ведомству. Слово даю. Но и ты уж…

— Я не против, — произнесла Жанна. — Невелик труд, Саш. Соглашайся.

Вот у нее все просто — бери и соглашайся. А вот я не очень хочу в такую мутную тему лезть. Одно дело — опросить душу свеженького покойника на предмет истинных обстоятельств его смерти, и совсем другое — узнавать чужие секреты. Причем наверняка таких людей, которые очень не любят, когда их тайны становятся известны третьим лицам, да еще и из силовых структур. Как он сказал? От того дела, которым мы занимаемся, смердит могилой? Ну так и его предложение тоже не духами благоухает, а кое-чем совсем другим.