— Не выспался, что ли? — немного обескураженно поинтересовался Нифонтов. — Очень уж ты сегодня резкий. Прям как понос!

— Есть такое, занесло маленько, — согласился с ним я. — Но скажи, угадал же? Угадал, да?

— И да, и нет. Связали кое-какие события с одной персоналией из списка — есть такое. Но почему? Потому что искали.

— Тебя не переспоришь, — признал я. — Ладно, кого вы там нарыли?

— Некто Антон Осьмянин, — ответил Николай. — Вернее, он сам себя называл Антуан, что наводит на определенные мысли. Помнишь такого?

— Помню, — на автомате кивнул я, хоть Нифонтов и не мог меня видеть. — Журналист, блогер, хроникер, звезда желтой прессы. Умер при странных обстоятельствах, которые в конце концов, и подозреваю, по всеобщему согласию, были квалифицированы как несчастный случай. Он, похоже, под конец жизни счел себя бессмертным, полез туда, куда не следует, и нарвался. Но это только мои предположения.

— Скорее всего, не слишком далекие от истины, но про это при личной встрече поговорим. Ты вообще сейчас где?

— В электричке, которая везет меня в Москву. То есть туда, куда я не хочу.

— Понимаю, сейчас на природе куда лучше. Но ты же в курсе, Саша, что работа сама себя не сделает?

— Я безработный. Не поверишь, даже не в курсе, где моя трудовая книжка валяется. Как отдавали — помню. Куда ее потом засунул — нет.

— Вот на все у тебя отговорки есть. Ладно, сегодня у меня со временем швах, а вот завтра нам бы хорошо повстречаться и кое-куда прокатиться. Не скажу, что покойный Антуан прямо вот уж сильно проказничает, на фоне наших предыдущих клиентов он скорее паинькой выглядит, но все же не дело, что по городу шатается призрак сомнительной ориентации и такой же добродетели.

— Прозвучало убедительно, — отметил я. — Лады. Ты тогда позвони, скажи, где и во сколько встречаемся. И еще, надо до выходных управиться, потому что крайний срок в субботу утром я на родительскую дачу уеду.

На минуту у меня мелькнула мысль о том, чтобы с ним сейчас побеседовать еще и о предложении Дары, но я тут же отмел ее как несвоевременную. О таком лучше глаза в глаза общаться, телефон тут скверный помощник. Нет, Нифонтов и при очной беседе соврет — недорого возьмет, да еще невероятно правдоподобно, но там хоть какой-то шанс появится понять то, насколько он честен со мной.

Ну а что до покойного скандального журналиста — если Николай прав и он в самом деле не такой уж злодей, то особых проблем возникнуть не должно. Я его даже особо мучить не стану, тем более что практика показала бессмысленность данного действа. Не желают миньоны своего господина сдавать, ну вот просто ни в какую. Прямо беспрецедентная верность, которая в жизни не встречается и возможна только после смерти.