Нет, положительно Максима надо убирать, и срочно. Самостоятельно, нет — неважно. Но держать эдакую поганку за своей спиной нельзя ни в коем случае. Это тоже его рук дело. Может, Антошка подливал чего супружеской чете в кофе, может, какой заговоренный предмет в доме разместил или ритуал какой провел по указке ворожея. Ясно одно — не так уж виноваты Ряжские.

Потому пусть пока живут. До поры до времени.

— А сейчас вы — это вы? — уточнил я у моей гостьи.

— Сейчас — да, — кивнула она. — Словно очки с неправильными линзами с глаз сняла. И это очень, очень странное ощущение. Саш, получается, Антон — он из ваших был?

— Наших?

— Ну, не таких, как все остальные, — внезапно смутилась моя собеседница. — Я просто не знаю, как правильно изложить то, что думаю. Оно и в голове на бред похоже, а когда вслух произносишь, так и вовсе…

— Да, Ольга Михайловна, вы правы, — понизив голос до шепота и чуть выпучив глаза, поведал я ей. — Знаете, кто мы?

— Кто? — чуть подалась вперед бизнесвумен.

— Мы супергерои, живущие среди людей! Каждый из нас обладает уникальным талантом и направляет его во благо или во вред человечества. Веками мы сражаемся друг с другом…

— Да ну тебя, Смолин! — возмутилась Ряжская. — Он мне тут лапшу на уши вешает, а я сижу слушаю!

— Если серьезно, не так все просто с вашим Антоном обстояло. И да, в случившемся его вина куда главнее вашей. Даже так — почти все его рук дело.

— Очень хочется сказать, что я рада такое слышать, но понимаю, насколько абсурдно подобное прозвучит. Пойми меня правильно, я на самом деле дорожу нашими с тобой отношениями. И я очень не хочу их разрыва. Плюс Бэлла, которая без тебя просто умрет. И я сейчас не только о ее хвори речь веду, Саша. Ты подарил ей надежду. Не станет тебя — не станет ее.

— «Почти все» не значит «совсем все», — решил я особо ее не расхолаживать. — Вы меня чуть в гроб не вогнали. Плюс прочие убытки — телефона вот лишился, грохнули его о крышу, когда меня в вертолет грузили. Одежда наверняка вся в кровище перемазана, а я ее в Милане покупал за немалые деньги. Да елки, я вообще не понимаю, в чем отсюда уеду! В пижамке вон той, что ли?

Ряжская глянула в сторону небольшого диванчика, который входил в меблировку палаты. На нем аккуратно были разложены синяя пижама и широкие штаны того же цвета.

— Да, верно. — Ольга Михайловна расстегнула сумку, достала оттуда коробку, на которой был изображен смартфон, и положила ее мне на грудь — Вот, купила по дороге. Новая модель, умеет все, даже вроде как дом по ночам сторожит. А это твой старый аппарат. Разбит, конечно, но симка наверняка не пострадала, ее вынуть можно.