— Но донос-то есть? — не согласился капитан. — Значит, не все.

— Может быть, мы не учитываем ещё что-то?

— Например? — прищурился капитан. — Только не говори, что это обычная неисправность, и корт через пару часов объявится на маяке как ни в чём не бывало.

— Не скажу, — согласился Дерен.

— А разведчики тебе что ответили?

— Что по всем базам корт чистый и к таггерам фирма-владелец никакого отношения не имеет. Но… — Дерен замялся.

— Но? — поторопил капитан.

— Но неприятности у неё будут. Разведчики за каким-то хэдом поставили на уши таможню. Нашли не обеспеченный груз и прицепились к нему. Но вряд ли это имеет отношение к Рэму.

— Стоп. А если корт прячется за рентгеновской звездой по своим контрабандным делам и просто переваливает кому-то этот самый злосчастный груз?

Дерен закрыл глаза. Пилот не думал. Он провалился в транс и проверял нити вероятностей.

Наконец кивнул:

— Возможно. Но эта нить событий не угрожает Рэму, даже наоборот, а донос — угрожает.

— И что ты предлагаешь?

— Я жалею, что кончилась война, — нахмурился Дерен. — Взял бы в пару Эмора или Роса, и глянули бы на месте, что же там происходит.

— Война — дело удобное, — согласился капитан. — Там бы всех и прикопали, если таггеры и в самом деле вывели корт из зоны устойчивой связи и потрошат его. А дополнительный приз — наш ташип, которого придумали, как лишить батькиного наследства.

— Так может, всё-таки проколоть по-тихому?

— И в очередной раз поссориться с генералом Дегиром, на которого свалили пассажирские линии?

— Можете свалить всё потом на меня, — предложил Дерен.

— На тебя? — капитан вдруг улыбнулся. — Ты пойдёшь спать. Ты мне завтра нужен весёлый и бодрый, Вальтер. А вот я…

Он вздохнул, подошёл к нише, где хранились напитки, и достал бутылку чёрного кьяснинского коньяка, презентованную ему недавно Энреком Лоо, внебрачным сыном эрцога Локьё и хорошим другом.

Дерен понял и тоже улыбнулся.

— Мы подгоним потом партию йилана ребятам, — пообещал он. — Только пусть глянут по-тихому, что там вообще происходит?

Капитан молча кивнул. Ему предстояло ещё пить по сети с командующим экзотианским резервом, генералом Дегиром, а он терпеть не мог переводить спиртное на свой не пьянеющий организм.

Коньяк был хорош. Кэп планировал передарить его своему непосредственному начальнику, генералу Мерису, но отношения с Дегиром экипаж «Персефоны» связывали непростые, и пришлось пожертвовать именно этой бутылкой.

Генерал ещё недавно вражеского резерва ценил напитки за марку и уплаченное за них количество эрго. Иного бы он не понял.

Дерен уже направился к двери, когда капитан окликнул его: