— Да это порченое говно! — сказал я и взял из бочки щепотку пороха. — Точно!

Работа шла, час за часом. Тысячники, которых я взял с собой, были кровно заинтересованы в проверке качества пороха, поэтому работали не за страх, а за совесть. За страх тоже, конечно, но больше за совесть.

Меня в армии вана побаиваются, потому что слишком многие видели, на что я способен. Это вообще никак не билось с тем, что им рассказывал их кровососовский агитпроп.

Считается, почему-то, что юся — это злобные мудаки, жаждущие массовых убийств и чужих сокровищ. Нет, о жажде массовых убийств — это почти правда, а вот чужого нам не надо, но за своё мы будем мочить без жалости.

Также, судя по всему, юся сильно недооценивают — возможно, из-за ложного ощущения всесокрушающей мощи ружей и артиллерии.

Но в прошлый раз я показал, что не надо недооценивать юся, пусть и «физика»…

«Это пиздец как опасно!» — подумал я, открывая очередную бочку. — «Нет, за такое точно расстрельная статья — снова порченое говно!»

Ближе к вечеру управились. Другие группы тысячников, отправленные на остальные столичные склады, тоже рапортовали об успешном завершении инвентаризации.

Установлено, что пороха в столице, действительно, сто восемьдесят тонн, но примерно двадцать тонн пребывают в состоянии сырья. То есть, у нас есть сера, уголь и селитра, в количестве, необходимом для изготовления двадцати тонн первоклассного пороха.

Всего этого безумно мало для моих высоких запросов, потому что я знаком с таким предметом, как математика.

Для одного-единственного картечного выстрела из 66,6-миллиметровой полевой пушки необходимо 400 грамм пороха, а для выстрела из стандартного ружья от «Чёрного молота» пороха необходимо ровно 12 грамм.

Если сделать по тридцать выстрелов всеми тридцатью новыми пушками, необходимо двенадцать килограмм пороха. Вроде бы немного, но только если вывести за скобки потребности пехоты.

Всего у нас пятьдесят тысяч штыков, примкнутых к ружьям, поэтому если все они сделают единственный выстрел, то это разом обойдётся нам в 750 килограмм пороха.

А стрелять на поле боя они будут дохуя, буквально, сжигая наши запасы пороха.

Соответственно, мои ебические аппетиты придётся сильно поумерить.

Я решил сократить ежедневные стрельбы до пяти выстрелов на орудие, потому что порох, в наших условиях — это невосполнимый ресурс. Шаншу Тан был прав, а я ошибался.

Хрен я ему это скажу, но внутренне я это признаю.

*60-й день юся, провинция Тея, западная граница*

— Сорок тысяч голов свежего мяса!!! — с маниакальной улыбкой выкрикнул я. — Они пришли, чтобы умереть на этом поле!!!